Прелестная дикарка

Остановившись на Гэвине, одном из его лучших воинов и самом доверенном лице, он подозвал его.

— Да, мой лорд?

— Возьми двоих и проследи за ними, сынок, — распорядился Данбар. — Молодой Шеруэлл достаточно глуп, чтобы позволить себя убить. А его бестолковый английский папаша вместе с английским королем обвинят в этом нас. Проследи, чтобы он проделал свой путь без лишних потерь.

Глава 2

— Я не смогу этого вынести! Просто не смогу! — ожесточенно твердила леди Элизабет Уорли, глава аббатства Святого Симиана. Она в отчаянии рухнула на мягкую кушетку перед своим величественным дубовым столом.

Сестра Бланш обеспокоенно схватила кусок пергамента и принялась обмахивать им лицо аббатисы, пытаясь найти слова, которые смогли бы успокоить ее наставницу. Кроткий нрав леди Элизабет был хорошо известен, как и склонность к необдуманным поступкам. Поэтому лучше было ее успокоить.

— Терпение, матушка, мы должны быть терпеливыми, — сказала она в конце концов. И с надеждой добавила: — Господь посылает нам испытания, и Он не даст нам больше, чем мы сможем вытерпеть.

— Вздор! — Все усилия сестры были гневно отброшены.

Аббатиса была англичанкой до мозга костей. Она ушла в монастырь почти двадцать лет назад, чтобы избежать брака с одним отвратительным английским аристократом. Должности, которые в настоящий момент были свободны в Англии, не соответствовали ее достоинству. Вот и пришлось ей довольствоваться аббатством в центре дикой Шотландии. Но это было лучше, чем положение простой сестры в Англии. Позже Элизабет Уорли рассчитывала вернуться обратно. Речь местных дикарей действовала ей на нервы, словно песчинки в туфлях, она с трудом мирилась с варварскими обычаями.

И вот, после двадцати лет мучений, ей не хватает терпения, чтобы управиться с шотландской женщиной, попросившей в монастыре убежища.

— Пребывание здесь Шинейд Данбар не имеет ничего общего с волей Господа! — Ее рука стукнула по поверхности стола. — Скорее с волей дьявола!"

"Глаза сестры Бланш распахнулись в немом удивлении, и беспокойство ее усилилось:

— О! Конечно же, нет!

— Да! — настаивала аббатиса. — Говорю тебе, она — порождение сатаны. Пренебречь волей Господа нашего и ввергнуть нас в такое искушение!

— Искушение? — Сестра Бланш уже не скрывала своего беспокойства.

— Да, искушение нарушить одну из заповедей.

— Какую же из десяти, матушка?

— Ту, которая велит не убивать.

Рот Бланш приоткрылся, а глаза едва не вылезли из орбит.

— О Господи Иисусе! Вы не должны так говорить!

— Но это правда! — Аббатиса зловеще улыбнулась, заметив страх и беспокойство на лице сестры. — Я желаю выпустить из нее всю кровь.

— Госпожа!

— Пусть этот ее англичанин поскорее приедет и спасет меня от столь греховных мыслей.