Прелестная дикарка
Гордая шотландка Шинейд Данбар, с малолетства учившаяся владеть мечом и кинжалом, предпочла бы смерть или печальную долю монахини браку со знатным англичанином Блейком Шеруэллом, славящимся красотой и изысканными манерами.Но нельзя ослушаться короля, и теперь новоиспеченная графиня Шеруэлл готова превратить жизнь нежеланного супруга в кромешный ад.Однако у Блейка есть собственные средства борьбы с женским злонравием — и у него уже созрел хитрый план превращения «шотландской дикарки» в прелестную юную женщину, отвечающую на пылкую страсть мужа горячей любовью…
Он спокойно управлялся с ней, пока усаживал в седло впереди себя, хотя взгляд ее выражал неприкрытое отвращение. Но стоило Элдре услышать извиняющийся вздох своей кузины, как девушка совершенно расслабилась и прислонилась к его громадной груди.
Понимая, что возможность сбежать буквально ускользает из ее рук, Шинейд пронзительно взглянула на своего нареченного, осмелившегося подъехать слишком близко."
"Приняв вызов, Блейк направил своего коня еще ближе, но жеребец девушки моментально отступил назад на такое же расстояние. Брови Шеруэлла изумленно приподнялись.
Блейк не сильно удивился, когда она начала яростно сопротивляться, хотя был немного напуган ее силой.
— Мы можем облегчить наше путешествие или усложнить, миледи. Решать тебе.
— Тогда это будет сложный путь, — пробормотала Шинейд, пихая его локтем в грудь. Она рванула поводья его жеребца, так что тот встал на дыбы и забил копытами в воздухе, а Блейк вывалился из седла. Удовлетворенно усмехнувшись, когда животное опустилось на все четыре ноги, она сжала его коленями и немедленно послала на возвышавшийся впереди холм.
— Да, теперь я вижу, что ты справляешься с ситуацией намного лучше меня, — весело заметил Рольф, глядя на Блейка со спины своего скакуна.
Чертыхаясь, Блейк поднялся на ноги, принимая из рук Малыша Джорджа поводья жеребца Шинейд. Сев в седло, он не обратил внимания на замечание, а помчался за своей невестой.
Его конь был быстрым, а Шинейд была отличной наездницей, но ее жеребец оказался еще быстрее, что вызвало у Шеруэлла неодобрение. Ему казалось непростительным расточительством отдавать такое прекрасное животное женщине — воину оно нужнее.

















