Прелестная дикарка
Гордая шотландка Шинейд Данбар, с малолетства учившаяся владеть мечом и кинжалом, предпочла бы смерть или печальную долю монахини браку со знатным англичанином Блейком Шеруэллом, славящимся красотой и изысканными манерами.Но нельзя ослушаться короля, и теперь новоиспеченная графиня Шеруэлл готова превратить жизнь нежеланного супруга в кромешный ад.Однако у Блейка есть собственные средства борьбы с женским злонравием — и у него уже созрел хитрый план превращения «шотландской дикарки» в прелестную юную женщину, отвечающую на пылкую страсть мужа горячей любовью…
Она росла, бегая, сражаясь и охотясь вместе с воинами отца. Обученная сражаться сделанным на заказ мечом, стрелять из лука так же, как и ее брат, и другим воинским искусствам, дочь Данбара была так же далека от деликатных цветов женственности, изобилующих при дворе короля, как и его лучший друг Амори. Епископ был недалек от истины в своем сравнении этих двоих. И если сначала Блейк был в ужасе от самой идеи такого сопоставления, то, встретив эту девушку, нашел ее очень интригующей. На самом деле она была даже более интересна, чем любой придворный цветок, с которым он развлекался, откладывая собственную свадьбу.
Шинейд представляла собой совершенно иную картину. Она не прятала свои шипы и обладала крепкой защитой от того, чего не желала. А еще она не казалась сильно впечатленной его сногсшибательной внешностью, которая не раз выручала его в прошлом. Шинейд Данбар явно бросала ему вызов.
Позади его снова раздался нетерпеливый вздох.
— Шеруэлл…"
"— Иду я, — оборвал Блейк фразу, которая могла быть либо жалобой, либо приказом, и вышел из воды. — Все воины отдохнули?
— Да, как и девушки.
— Замечательно. Тогда пора отправляться. Проедем пару часов, а затем сделаем привал на ночь.
Рольф выглядел недовольным.
— Я бы предпочел ехать всю ночь, так как мы в трех, если не в четырех днях пути от Данбара благодаря последним событиям. Хотя вряд ли кто-либо из нас выдержит дневной переход.
Блейк нахмурился, вспомнив об отравлении.
Сегодня он чувствовал себя ненамного лучше. Слабость понемногу проходила, но дрожь еще осталась, желудок сжимался в попытках исторгнуть несуществующее содержимое. От одной мысли о еде его начинало мутить, а предстоящее путешествие приводило в ужас. Блейк сомневался, что кто-либо из людей чувствовал себя иначе, но несколько часов медленной, осторожной езды приближали их к Данбару. Это казалось лучшей идеей, чем сидеть здесь целые сутки, ожидая, пока Шинейд начнет претворять в жизнь очередной план побега.

















