Прелестная дикарка

Девушка смутилась окончательно. Он собирался ее поцеловать. Наверное, она должна бороться, но у нее совершенно не осталось на это сил. Она даже не знала, хочет этого или нет. Она ощущала такую усталость и потерянность после откровений Джорсал. А сейчас зти чувства ослабевали. И ей казалось, что его поцелуй еще больше облегчит ее состояние. Возможно, она хоть ненадолго сможет обо всем забыть. Шинейд никогда не испытывала чувства утраты. А потеря Аллистера была вдвойне сильнее из-за тех пагубных действий, которые к этому привели.

Все ее мысли прервались, когда его губы накрыли ее.

Они были невероятно мягкими. А выглядел он таким сильным мужчиной. Даже губы имели форму линии. Но оказались они такими нежными. И на вкус были сладкие, словно десертное вино. Надежды Шинейд на то, что он сможет отвлечь ее от грустных мыслей, оправдались мгновенно. Все, что она осознавала, — это давление его губ и движение его рук, которые поднимались вверх до самых плеч и опускались вниз, и снова поднимались вверх, ненова… А затем обняли ее за талию и притянули совсем близко. А язык его проскользнул меж ее губ… Шинейд издала слабый стон удовольствия, когда он вторгся в ее рот, наполнив его своим вкусом. Казалось, все ее чувства заполнены им: его запах, который она ощущала всю дорогу, проник в ее нос, его вкус был на ее языке, и каждая частичка ее тела была прижата к нему.

Первый раз в жизни Шинейд чувствовала себя совершенно и чрезвычайно женственной. Она всегда думала, что женщины должны быть мягкими и слабыми. А в руках Блейка она была не только женственной, но и сильной. В его руках она могла оставаться счастливой даже под замком. В его объятиях хотелось оставаться вечно.

И невозможно было сдержать разочарованного стона, когда он прервал поцелуй и отклонился, глядя на нее.

— Я сожалею о твоем кузене, но ты не виновата в смерти Аллистера.

Шинейд заморгала. Ее разум медленно приходил в себя. Аллистер. Мертв. Его планы убить ее отца и брата, жениться на ней и стать лордом. Его предательство. Его смерть. Ее виновность? Ощущает ли она вину? Да, ощущает. Она не подозревала, что чувства Аллистера к ней выходят за рамки братской любви. Конечно, он поддразнивал ее и выказывал восхищение несколько раз, и она чувствовала, что было что-то, но…

Но она лжет сама себе.

Да, она знала. Она знала, что его чувства к ней были сильнее, чем должны быть у кузена. Но его внимание льстило ей и смягчало боль, которую причиняло отсутствие ее жениха. Она знала и допускала, а иногда даже немного поощряла его. Она наслаждалась этим вниманием, используя его как бальзам для своей раненой гордости. Она говорила себе, что Шеруэлл не считает возможным просто приехать, тогда как Аллистер находит ее смелой, умной и красивой.