Преступление высшей пробы

Генриетта проговорила все это довольно равнодушным тоном, слова сожаления были скорее продиктованы формальностью, нежели искренним чувством.

— Генриетта Николаевна, — осторожно начала я, — вы сказали, что Елена Григорьевна в свое время увела у вас Константина. Она вышла за него замуж?

К моему облегчению, Генриетта не рассердилась на мой бестактный вопрос и не впала в очередную истерику. Скорее, наоборот, это предположение ее насмешило.

— Замуж! — фыркнула она. — Нет, замуж Леля больше не выходила. Так, развлекалась, да и дела они вроде какие-то проворачивали, точно не знаю.

— А как же они познакомились?

— «Они»! — зло передразнила Генриетта. — Я же их и познакомила по дурости своей. Это я первая познакомилась с Костей, я бы за него и замуж вышла, если бы предложил. Да вот не сложилось, а все она, Лелька!

Генриетта помолчала, обмахиваясь платочком, который постоянно теребила в руках.

Лучше бы открыла окно и впустила немного свежего воздуха, в такой духоте немудрено и вправду инфаркт схлопотать.

Однако Генриетта, видимо, привыкла к удушающей атмосфере своей квартиры и не собиралась ничего менять.

— Я в тот раз прилетела из Сочи, поймала такси. — Генриетта пустилась в воспоминания. — Загорела там, отдохнула. Платье, помню, роскошное там купила с открытыми плечами. Прямо в нем и возвращалась в Тарасов, не утерпела. А как на загорелых плечах оно смотрелось! Мужики просто шеи посворачивали, я ведь была роскошной женщиной.

Я невольно остановила взгляд на портрете молодой женщины в затейливой золоченой раме. Красивая женщина с манящими темными глазами и густыми волосами, небрежной волной рассыпавшимися по плечам.

Неужели это Генриетта Николаевна?

Хозяйка, проследив за моим взглядом, кивнула с довольным видом.

— Мне всегда говорили, что у меня итальянская красота, — самодовольно заявила Генриетта. — Даже сравнивали меня с Софи Лорен или Джиной Лоллобриджидой.

Ну насчет Софи Лорен она явно погорячилась, совсем другой типаж. Джина Лоллобриджида? Что ж, возможно, если и есть некоторое сходство, то очень отдаленное.

Но свои комментарии я оставила при себе и продолжала терпеливо слушать дальше. Я даже смирилась с тем, что мне придется узнать массу ненужных мне подробностей, зная по собственному опыту, что разговорившегося свидетеля ни в коем случае нельзя прерывать. Пусть рассказывает историю хоть от начала ледникового периода, иначе может замкнуться и вообще не сообщить ничего важного. А я ведь уже нащупала нужную мне ниточку. Вот только какой клубок мне предстоит размотать?

— Такси в те времена было поймать почти нереально, — продолжала Генриетта. — А тут, представляете, «Волга» последней модели делает шикарный разворот и прямо передо мной плавно так останавливается.