Презумпция виновности

– Ты, брат, отдыхал в другой стороне от того места, где планировал делать это утром, – отметил Пикулин. – Улица Столетова появится через два квартала после того, как мы минуем таксопарк, а не перед ним.

– А какая разница? – пьяно качнувшись за спиной Саньки, удивился пассажир. – Два квартала до, два квартала после… Улица Столетова-то одна, правильно?

– Формально ты, конечно, прав, – небрежно прошелся по второстепенной теме таксист и тут же переориентировал клиента на основную: – У тебя деньги-то есть?

– Плачу по счетчику, – вызывающе заявил мужик. – Пятый таксопарк знаешь?

– Знаю.

– Так вот, не доезжая до него два квартала, будет улица Столетова. Восьмой дом. Третий подъезд.

Сашку задело. Он хотел сделать так, как ему приказывал этот невменяемый: проехать таксопарк, улицы Маркса, Столетова, еще с десяток перекрестков, доехать до конца города – Кулацкого поселка, потом развернуться по соседнему переулку, вернуться обратно и, не доезжая двух кварталов до пятого таксопарка – как ему и велели, высадить пассажира на улице Столетова.

Но он был чересчур истрепан рабочими сутками. Просто довез пассажира до указанного места, сорвал с кассы выползший чек на пятьдесят четыре рубля с мелочью, сунул в карман, а клиенту объявил сумму и вручил другой, на четыре сотни."

"На той же улице Санька заглушил двигатель и пересчитал деньги. Пятьсот за план тут же утонули в наружном кармане куртки. Тысяча с лишним за сверхурочные – во внутреннем. До новенькой «девятки» оставалось три восемьсот. Можно было взять подержанную, и уже давно, но Геннадий Владимирович Шельмин, дядя Саньки, сказал, что если хочешь мучиться – возьми с рук. Хочешь ездить без проблем и постоянно менять новую машину на новую – первую покупай в магазине. В сфере автовладения Шельмин был для Саньки авторитетом, поэтому воспротивиться мнению дяди Пикулин не мог. Водила с тридцатилетним стажем всегда умнее того, чей стаж чуть больше пятнадцати. Для тридцатидвухлетнего парня пятнадцать лет за рулем – это просто подвиг, но тринадцать из них Санька просто гонял по стадиону. И когда исписанная рекламой «восьмерка» ломалась или билась, то при этом голову ломал не он, а техники.

Санька включил зажигание и поехал в таксопарк. Но уже у входа, перед огромной урной, притормозил. Негласное правило – заезжай в парк чистым, чтобы твоему сменщику перед выездом не пришлось выбрасывать из салона пустые бутылки, окурки и прочий мусор.

Вот тут-то Санька и понял, что день хоть и заканчивается, но не совсем по его плану. На заднем сиденье его «пятерки» лежал черный кейс импортного исполнения с шифровыми замками.

– Вот дела. – Пикулин, вспомнив, кому принадлежал чемоданчик, почесал затылок.