Чехов книга 6. Договор на крови

Представляете, если бы аристократы не владели стихиями?

— Возможно. А есть вероятность, что нашлось бы что-то еще, что помогло бы императору сохранить власть.

— Например?

Я вспомнил людей, которые стояли в очереди в монастырь, чтобы взглянуть на умирающую в хрустальном гробу девочку и поежился.

— К примеру, религия. Или диктатура вооруженной группы фанатиков. Представьте каких-нибудь пьяных матросов, которые ворвались бы во дворец с ружьями наперевес, потому что их боцман сказал, что морской царь требует свержения власти.

— Звучит дико, — хохотнул Дмитрий.

— В каком-нибудь другом мире это вполне может быть реальностью, — предположил я.

— Вы из тех, кто верит в другие миры? — удивленно уточнил парень.

— А вы верите в призраков? — хитро сощурился я.

— Мне не нужно сомневаться в том, что на самом деле есть — резонно заметил жандарм.

— А вы представьте, что не существовало бы некромантов. Совсем. Никогда бы не рождались одаренные тьмой. Призраки все равно проявляли бы себя в старинных особняках, на пустырях и погостах. Но их никто не мог увидеть или удостовериться, что это и впрямь они.

Никто не смог бы доказать, что призраки не плод фантазий впечатлительных дам, которые верят спиритическим доскам, купленным в сувенирных лавках.

— Ведь существуют труды…

— Написанные другими некромантами, жившими ранее.

— Никогда не думал об этом в таком ключе, — согласился Иванов. — К слову, меня всегда интересовало, почему вас так мало. Насколько мне известно, в империи официально никогда не было больше пары живущих в одно время некромантов.

— Случайные не выживают, — нехотя сообщил я, а потом все же продолжил, — мы вступаем в силу намного раньше других одаренных.

И если кому-то не повезло обрести темный дар в обычной семье, где такого опыта нет ни у кого, то скорее всего его признают одержимым и удавят по-тихому. Или же несчастный сам на себя наложит руки. Потому как некому будет ему объяснить…

Я замолк, поняв, что сказал больше, чем собирался. Иванов не стал просить продолжить. Вместо этого поинтересовался:

— Вы не возражаете, если я закурю?

— Не бережете вы себя, — фыркнул я и опустил стекло, впуская в салон свежий вечерний воздух.

— Вы можете мне не отвечать, Павел Филиппович…

Я подозрительно покосился на жандарма, полагая, что мало кому он позволяет не отвечать на его вопросы.

—… но насколько раньше происходит открытие сил у некроманта в отличие от остальных одаренных?

Отвернувшись, я какое-то время раздумывал, стоит ли говорить о таком с человеком, работа которого заключается в раскрытии чужих секретов. А потом понял, что тайны никакой, по сути, и нет.

— Обычно к пяти годам некромант может слышать и видеть мертвых.