Прятки

Ариашари, стараясь соблюдать тишину, что-то шептал на ухо Шарику, Нардан больше не влезал. По долетающим обрывкам фраз он понял, что парень описывает зверенышу перспективы их совместного проживания, как-то: комфортабельная будка, трехразовое питание и насыщенная развлекательная программа с обязательным участием вон того здорового дяденьки, что впереди идет. На последнем пункте граф опять запнулся и решил, для своего же спокойствия, больше не прислушиваться. Лучше по сторонам смотреть. Там, правда, ничего интересного не происходило. Лес как будто вымер. Впрочем, именно таким Нардан его и запомнил, поэтому не видел причин для волнения.

— Нардан, а мы когда кушать будем? Шарик голодный.

Обернувшись, граф встретился взглядом с кристально честными голубыми глазами. Долго играть в гляделки не получилось, и он перевел взор на предмет высказывания. Щенок сидел у Шади на руках и увлеченно жевал ворот куртки, забавно упираясь передними лапками парню на грудь.

— Мда. Действительно хочет, — глубокомысленно заметил Нардан. — Ну, давай остановимся сейчас. Смысл откладывать?

Устроившись под большим деревом, отдаленно напоминающим дуб и выпустив щенка, Шади с головой закопался в свою сумку, бурча:

— Так, где-то тут у меня было молоко и мясо… одеяло, светильник, топор, швабра…. А это мне зачем??? Ладно, пригодиться… Ага!

С радостным воплем, парень вытащил на свет бутылку молока и запакованный в бумагу кусок мяса.

Деловито бродивший вокруг дерева щенок повел носом и тут же, навострив ушки, подбежал к парню. Тот не стал мучить животное и отдал добычу, предварительно налив молоко в миску. Шарик с громким хлюпаньем вылакал молоко и взялся за мясо. Ариашари сидел и с умилением за этим наблюдал. А Нардан наблюдал за Шади.

— Ты сам-то есть будешь?

— А? Юноша заторможено перевел взгляд с Шарика на Нардана.

— Не, не хочу, — и опять уставился на щенка.

— Точно? Мы до вечера будем идти! С тяжелым вздохом Ариашари сосредоточил внимание на мужчине.

— Тогда давай. Быстро сжевав завтрако-обед. Спутники отправились дальше.

Идущий, как всегда, впереди Нардан постоянно сверялся с компасом и тихо зверел. Внутри нарастало глухое раздражение, направленное на тявкающий комок меха. С появлением этого существа, Ариашари как будто выключился из реальности и ничего кроме вокруг не замечал. На попытки его отвлечь и разговорить, не реагировал или отвечал односложно. Только и делал, что тискал довольного щенка. Граф чувствовал себя забытым и заброшенным. И да, он банально ревновал! Ну, себе-то можно признаться? С появлением такого откровенного конкурента в борьбе за внимание блондинистого красавчика, Нардан как-то быстро осознал, что уже давно относится к Шади даже больше чем с обычной симпатией.