Причины полюбить тебя вновь

 — Сейчас ты можешь подняться наверх и выбрать комнаты для себя и Насти.

Тихий смешок разочарования покинул мои лёгкие. Опустив голову, кончиками пальцев я прочесала кожу за ушами, собираясь с мыслями.

Зря я всё-таки выпила столько шампанского — мысли хаотичной кашей кружили в голове.

— Так не получится, Саша, — сказала я, наконец, и подняла на него взгляд. В темных глазах напротив сверкнуло раздражение. — Мы можем таким образом сломать нашу дочь. Пойми, я не против того, чтобы Настя знала, что её отец ты, но я против того, чтобы внушать ей это насильно.

— И что ты предлагаешь? — нахмурился Саша и сделал ко мне два шага, заставив вскинуть на него взгляд и ощущать тепло его тела, что было в расстоянии нескольких сантиметров от меня.

 — Подождать еще семь лет, а потом ткнуть в меня пальцем и сказать, что я её папочка?

— Мы не будем ни в кого и ничем тыкать, Саш. Но подождать придётся. Хочешь ты того или нет, но я не позволю сломать нашу дочь. К тому, что её отец ты, Настя должна прийти сама. Я расскажу ей, подготовлю. Я не успокаивала её байками о том, что её папа космонавт, лётчик или капитан корабля, но она знает, что где-то в этом мире у неё есть папа.

И нам придётся постараться, чтобы она сама поняла и приняла, что её папа — ты. Если ты действительно к этому готов, и это всё… — указала я на дом вокруг себя. — …не показуха, чтобы произвести впечатление, то с завтрашнего дня мы будем проводить вечера. Втроём. Я, ты и наша дочь. И только тогда, когда Настя назовёт тебя папой, мы попробуем жить вместе. Ты согласен?

Саша молча смотрел мне в глаза. Мне показалось, что молчание длилось вечность.

Я следила за эмоциями, сменяющимися на его лицо, и не заметила ни одной позитивной.

С каждой секундой он словно становился злее. Густые черные брови плавно сходились над переносицей.

О чём он думает? Что сильнее всего его злит прямо сейчас?

— Не злись, — шепнула я и, подняв руку, кончиками пальцев нежно коснулась морщинки между его сведенными бровями. Саша шумно втянул носом воздух и прикрыл глаза. Морщинки на его лице расслабились с выдохом. — Нам нужно успокоиться и ещё раз хорошенько всё обдумать, — говорила я тихо, смещая пальцы и ладонь на его щетинистую, немного колючую щеку. — Настя наша дочь, ты — её папа.

И это неизменно. Но давай попробуем не наломать дров.

Я обхватила любимое лицо двумя ладонями и мягко погладила большими пальцами кожу недалеко от уголков его губ. Саша продолжал держать глаза закрытыми и размеренно дышал, словно слушая свои мысли и чувства. Слегка подавшись вперед, он будто сильнее вжался лицом в мои ладони.

Наконец, его руки высвободились из карманов, плавно поднялись и сильные пальцы обхватили мои запястья.

— Руфи, — выдохнул он и открыл глаза, вместе с тем убирая мои руки от своего лица.