Приговоренный к изгнанию

Эйон Аиерра Гаиит, от лица всего моего народа, возлегшего под корни Древа и живущего ныне, я приказываю тебе вернуться в Империум, отыскать Альтаргана Алрика через Путеводную Звезду и убить его!

Эйон отшатнулся. Он все еще не верил, что слышит такие слова наяву. Дышать становилось все трудней.

– Моя госпожа... Но ведь этот человек...

– Алрик – это не человек, а чудовище, порожденное человечеством на беду и проклятье всем нам! – воскликнула королева. – Убей его, пока не поздно! Он не станет прятаться от тебя, и не будет ждать оружия в твоей руке, поэтому у нас есть шанс закончить все быстро.

Эйон низко опустил голову.

– Он не будет ждать оружия в моей руке и не станет скрываться от меня потому что считает другом...

– Верно, – кивнула королева.

– Моя госпожа... – с трудом проговорил Эйон, вставая перед ней на колено и опуская голову еще ниже. – Умоляю, не требуйте от меня исполнения этого приказа!.. Я... не могу его исполнить... Вы хотите, чтобы я всадил нож в открытую спину того, с кем вчера делил хлеб и врагов!.. Как мне после этого смотреть на собственные руки, и где отыскать свою утерянную честь?.

.

– Эйон, я разделяю твою печаль, – отозвалась певучим, нежным голосом королева. – Но сможешь ли ты отыскать свою честь, если, обвинив тебя в измене, я соберу твоих жен и детей и вышлю их за пределы Эльфийской гряды туда, где их найдут люди и сделают с ними все то, что сделали с твоей сестрой?..

Эйон закрыл глаза. Вот, значит, как..."

"– С них сорвут защитные костюмы, и твоими любимыми будут насыщаться моряки... – с неумолимым спокойствием продолжала Енанийя Высокомудрая . – И будь уверен – я сделаю так, что ты услышишь, как избивают и насилуют твоих дочерей и жен.

Путеводная Звезда принесет их крики и стоны. Твоим сыновьям, которыми ты так гордишься, повезет больше: эльфы мужского пола людям не нужны, по крайней мере, взрослые и младенцы. Поэтому их просто убьют или выбросят за борт. А теперь подумай, стоит ли твоя детская привязанность такой расплаты?.. Ты умираешь, Эйон. Так оставь своим близким после себя место в клане, богатство и почести, а не страдания.

Эйон не отвечал. Он все еще стоял на колене, низко опустив голову...

Рука королевы ласково коснулась его головы.

– Иногда жизнь требует жертвы, – сказала она. – Я жертвую своей судьбой – как королева, я навеки связана с Древом, я с ним – единое целое, и потому никогда не узнаю ни ласки любимого, ни счастья материнства. И когда я умру, я лягу под корни Древа, чтобы питать его. Как другие королевы до меня. Как Великий Древний – до нас. Пришло время твоей жертвы, Эйон. И она не так уж невыносима по сравнению со многими другими, принесенными под этим небом.

Эйон поднял голову.