Принцесса и отверженный

Предполагалось, что мужчина легонько пожмет ее и склонит голову, признавая королевский статус. Но Грауди явно не был знаком с дворцовым этикетом.

Его пальцы крепко обхватили ладонь, и он наклонился, прижимаясь к тыльной стороне губами. Их тепло я почувствовала даже через кружево ажурных перчаток. Сердце застучало как бешеное.

– Я бы отказал вам в танце, принцесса, – внезапно произнес советник, обволакивая меня своим чарующим голосом. – Но не потому что я хромой, а потому что не танцую с маленькими капризными девчонками.

Он отпустил мою ладонь и отступил. Во взгляде советника было полное равнодушие. Щеки, и без того горевшие огнем, запульсировали. Да как он смеет! Нужно было что-то сказать, поставить на место зарвавшегося нахала, но я продолжала молчать. Более того, ощущала себя, как нашкодившая кошка.

Отец с советником тем временем обошли меня и обратили свое внимание на сестер. Меня же словно больше не существовало. Наверное, впервые в жизни я растерялась. Переступив с ноги на ногу, подхватила подол пышного платья и просто сбежала. До самого начала бала я пряталась в глубокой нише, пытаясь вернуть себе самообладание.

Больше всего злило даже не то, что простой советник отчитал меня перед отцом и сестрами, а то, какое впечатление я о себе создала. Взбалмошная девица, которую так глупо обвели вокруг пальца.

– Р-р-р, – зарычав от злости, я пнула кадку с цветком и поморщилась от боли."

"Когда королевской семье пришло время выходить в основной зал, я вылезла из своего укрытия. Распихав сестёр-гадюк, встала рядом с отцом. Те возмущенно зашипели, но я сделала вид, что их просто не существует.

– Это было отвратительно, – тихо произнес отец.

– Отвратительно – пускать человека без статуса в семейный зал, папа. К тому же я сказала правду: он действительно хромой.

– Алия, – в голосе отца звучало предупреждение. – Ты красива, умна. На твою руку претендуют лучшие молодые люди.

Я довольно улыбнулась, но король продолжил:

– Но ты ужасно избалована и своенравна. Однажды это сыграет с тобой злую шутку. Впрочем, – отец устало покачал головой, – всё это только моя вина. Я слишком потакал твоим капризам. Вот если бы твоя мать была жива…

Не успела я возразить, как высокие двери распахнулись и заиграла торжественная музыка. Все проблемы мигом вылетели из головы. Никто не посмеет испортить весенний бал!

Больше всего я любила именно этот момент. Идти в первом ряду плечом к плечу с королем, дарить улыбки собравшимся и ловить восхищение в ответ.

Я повернулась направо и едва не споткнулась. Только королевская выдержка помогла сохранить улыбку на лице. Грауди стоял позади толпы, облокотившись на стену. Его голова была чуть запрокинута, а глаза – прикрыты.