Пришествие бога смерти. Том 20 (СИ)

Впрочем, когда позади тебя едет шестидесятиметровая крепость на гусеницах, можно ничего не бояться. Особенно с такой огневой мощью… По бокам машины находилось двенадцать сферообразных турелей, с каждой стороны. Шесть турелей на носу и две трёхствольные пушки на плечах металлического гиганта.

Турели мои предназначены для уничтожения высокоранговых чудовищ. Им и БТР на один зубок, а пехотинцы обезьян?.. Турели как ударили по ним, точнее, по лучникам, так тела обезьян оптом разорвало на части мелкие.

Подобраться поближе мне позволили сила Сна и руна Скрытность, так что не прошло много времени, как моя армия врезалась в ряды лучников.

И это была бойня… Скелеты очень неудобные противники, особенно, когда не знаешь, что это скелет. Всё же многие были в доспехах. Им так просто не пробьёшь грудь копьём, а если и пробьёшь, умирать они отказываются. Тут нужно головы отрубать.

Пушки Пустынного Демона били без остановки, поливая противника адским пламенем, но и враг, конечно же, не был безобидным. Маги принялись сдерживать мои пушки, а элитные отряды, отойдя от стен, кинулись на мою нежить.

Одновременно с этим армия Кираны врубилась в западную группировку обезьян.

Вместе с ними из города вышло несколько крупных отрядов, практически беря противника в окружение. И всё это при поддержке со стен.

Но кто-то психанул… Так что пришлось мне покидать своё уютное кресло и взлетать. Правда, был я сейчас в облике самого себя. Бога смерти.

Направившись к армии противника, едва успел к моменту, когда их главный призвал в себе аватара Аль-Оику. Я ощущал его мощь, вот только эта мощь, куда меньше той, что была при нашей прошлой встрече. Да, той, когда я напал исподтишка в момент, когда обезьяна и кабан были обессилены сражением друг с другом.

— Что обезьяна? Плохи твои дела, да? — рассмеялся я, парящий над полем боя.

Снизу только-только материализовалась четырёхметровая золотая обезьяна с шестью хвостами и элементами доспехов на теле.

— Ты… Значит, та красная тварь — это тоже ты… — прошипел он, а я стал Гауром. — Ра-а-а-а-а-а! — взбесился тот и, засияв золотым светом, поднялся в воздух.

Миг спустя его длинный клинок, созданный из энергии, столкнулся с моей розовенькой косой, объятой тьмой. Меня отбросило назад, но и Аль-Оику ничего не добился.

Лишь сильнее взбесился.

И вдруг я резко дёрнулся наверх, а миг спустя турели моего Пустынного Демона ударили по сияющему гаду. Тот так обалдел, что даже не сразу успел сообразить и уклониться.

А вот от снарядов пушек поставил барьер и защитился. Но… Шесть снарядов взорвались Адским пламенем, окатив как аватара бога обезьян, так и самих обезьян внизу.

Тот яростно прокричал и, взорвавшись светом, ударил по мне лучом энергии и… взорвал! Точнее, так подумал Аль-Оику.