Приватный танец для Командора

— Странно, что ты об этом спрашиваешь, будучи капитаном одного из них, — удивился Торн. — Эти челноки обогнали корабли их класса на несколько десятилетий. Кем бы ни был конструктор, создавший их — он был гением. И это его принцип заложен в основе наших двигателей.

Даже не знаю, чтобы на это сказал дед. Хотя, наверное, расстроился бы, ведь проктэррианцы получили в итоге лучшие результаты, используя в качестве сырья для топлива темную материю. А возможно, он просто не успел усовершенствовать свои двигатели, и где-то на Фаэртоне меня ждут секретные файлы с его разработками и чертежами.

В груди болезненно заскребло, и чтобы не поддаться сиюминутному унынию, я потянула на себя штурвал, легко поднимая машину в воздух.

— Дельта на три градуса вправо, — приказал Райдэк. — Гамма сорок пять вверх.

— Предельно допустимая скорость? — уточнила у Торна, выравнивая руль согласно указанным координатам.

— Третья, — активируя сенсоры, обронил он, и я, прокрутив флайкап в воздухе по спирали, рванула вперед, сопровождая свои действия победным воплем.

— Девчонка… — нравоучительно фыркнул Райдэк, не очень-то заражаясь моей искренней радостью.

 — Дельта — пошагово на двадцать, гамма — стабилизация на градус со смещением вправо.

Мое тело, так соскучившееся по ощущению полета и действию центробежной силы, вдавливающей его в кресло, сейчас возбужденно пульсировало, и, подстегиваемая разливающимся в крови азартом, я вела флайкап с предельной скоростью, на автоматизме выполняя команды Торна.

Через минуту мы достигли горного массива, и вот там моя мятежная душа оторвалась по полной.

Я петляла по каменным лабиринтам, ныряла на дно ущелий и пролетала под природными арками, выкручивая фигуры высшего пилотажа, пока стискивающий зубы Райдэк не рявкнул: ""Хватит"" и не приказал поднять флайкап на девяносто градусов вверх.

Свечой поднимая самолет в стратосферу, я беззаботно улыбнулась Торну, игнорируя его свирепую гримасу. Командор был похож на закипающий чайник — пар разве что только из ушей не шел.

— Чокнутая. Тебе штурвал в руки вообще давать нельзя, — голос мужчины звенел от напряжения и злости, и тут я с ним была совершенно согласна.

— Правильно, нельзя. Глюфер в них смотрится намного лучше.

Пропыхтев себе под нос что-то явно нецензурно-проктэррианское, Торн выцедил из себя новые координаты, и пока я следовала заданным курсом, мрачно насиловал взглядом лобовое стекло. У меня даже возникло опасение, что оно треснет. И я бы, конечно, съязвила по этому поводу, не сигнализируй моя чувствительная к опасности пятая точка, что лимит терпения Райдэка находится на критической отметке.