Приватный танец для Командора

— Так тебе больше нравится? — он склонил голову к левому плечу и улыбнулся — легко, насмешливо, непринужденно. У меня от его улыбки подкосились колени.

Вот же дерьмо, и на настойку Зарты не спишешь. Не пила ведь.

Мужчина предвкушающе выдохнул, устраиваясь поудобнее. Ноги его, согнувшись в коленях, бесстыдно раздвинулись, демонстрируя полную боевую готовность натянувшего ткань костюма его нехилого мужского достоинства, а взгляд, лихорадочно сверкнув, впился в мою едва прикрытую платьем промежность.

Ну-ну, ждешь, что я на тебя за гору бабла сразу, как вишенка на торт, сяду? А я тебя, пожалуй, опять удивлю, любитель сладенького. Я просто так не даю. Ты вроде как приватный танец хотел? Вот и будешь сидеть и смотреть, как я танцую, пока у тебя член дымиться не начнет.

Обольстительно улыбнувшись, я подошла к пилону, а потом, плавно качнув вниз-вверх бедрами, откровенно потерлась об него, имитируя половой акт.

Грудь красавчика заходила ходуном, он длинно выдохнул, и бугор в его штанах сильно увеличился в размерах.

Что ж ты так завелся, милый? Я еще даже не начинала. Впрочем, если верить характеристикам твоего нанокостюмчика, очень надеюсь, что тебе сильно не жмет.

Датчики, установленные вокруг пилона, среагировав, включили музыкальное сопровождение, погружая комнату в полумрак, и я, сбросив с себя босоножки, волнообразно выгнулась, а потом, запрыгнув на шест, слилась с ним в жарком экстазе.

Я танцевала страсть.

Алую. Безудержную. Яркую. Такую же бурную, как наш с незнакомцем секс.

Сейчас пилон был не бездушным инструментом для танца, он был моим партнером и, если бы мог, то, наверное, кончил оттого, с каким самозабвением я ему отдавалась.

Я понимала, что издеваюсь над своим визави, провоцирую, что закручиваю жгуты его терпения до предела, которые в один момент, расправившись, как пружина, хлестнут меня наотмашь.

Да, именно этого я и хотела: видеть его без этого надменного лоска и самоконтроля — дикого, сумасшедшего, необузданного. Хотела видеть первобытного хищника, который сидел у него внутри. А он там был. Я чувствовала его кожей, покалыванием в кончиках пальцев и горячей тяжестью внизу живота, предвкушающей вторжение."

"Спустившись с пилона, я медленно и развратно погладила свое тело ладонями, пристально глядя мужчине в глаза, на дне которых закручивались голодные вихри похоти.

Он хотел меня.

Хотел, видимо, так сильно, что сдерживался уже с трудом. На скулах бешено играли желваки, крылья носа нервно подрагивали и мышцы на ногах бугрились, выдавая его напряжение.

Пальцы мои плавно заскользили по бокам, обрисовывая силуэт и расстегивая застежки.