Проданная королева

Нет, он конечно подозревал, что этот русский не совсем человек. Но что женщина окажется способной устроить такое огненное шоу?

Да если бы он хоть на мгновение мог заподозрить, во что превратится его жизнь, когда согласился переправить Эмме очередной товар от Софии Степановны, он бы сразу застрелился! Хотя… Если так посмотреть… Ему уже даже потихоньку начало тут нравиться. Главное, что в этом мире не было конкурентов. И безграничные возможности для бизнеса.

А браслет, который его кошмарный господин столько искал, а потом выбросил, ему бы очень даже пригодился. И с мыслью о том, что эти русские ужасно непоследовательные пофигисты, вечно плюют на все и бросаются то деньгами, то ценностями, потянулся поднять занятную, стильную побрякушку, раз уж она не нужна никому.

И тут же ощутил холодное острие клинка у своей шеи.

— Положи на место, — спокойно проговорил Эрвиг.

— Та… Та… — Селим даже спорить не стал. — Господин потерял, я помог найти.

— Вот и хорошо, уважаемый, — ответил Эрвиг, пряча меч. — А теперь подождем, что скажет Темный странник.

Селим невольно отметил, потирая шею, что за избирательная вежливость у этого мира, то глотку норовят перерезать, а то вдруг уважаемый. Очень непоследовательные люди. Однако миг свободы хоть и медленно, но приближался. Селим воспрял духом.

* * *Но в этот момент Темный странник, на которого сейчас были направлены все взоры, неожиданно заявил:

— Идите без нас, мы остаемся.

Смотрел при этом на женщину, что по-прежнему держал в объятиях.

— Нет, господин! Ты тоже! Без тибе мине не выпустят! — тут же завопил Селим.

Одри без Мирославы тоже не хотела никуда идти. Как им с Эрвигом идти куда-то в чуждый другой мир, где они никого не знают? Одно дело с надежной подругой, с человеком, которому можешь доверять. И уж точно никуда бы она не пошла с этим Селимом. Несмотря на несуразную внешность, шумный толстяк показался ей скользким и неприятным типом.

— Вадим? Ты что, действительно собираешься тут остаться? — растерялась Мира.

Улыбнулся одними глазами, чуть ослабил хватку, тем самым давая ей больше свободы:

— Если ты еще не поняла, я здесь из-за тебя, а чтобы ты в это поверила, готов хоть к черту на рога. И потом, — он шевельнул плечами, за которыми снова расправились крылья. — Это так здорово…

Пожалуй да. Крылья — это действительно было здорово. И все же Мирослава не могла не спросить, ощущая ответственность:

— А как же твой бизнес? А наследство? Альбина…

Он улыбнулся во весь рот. Счастливо и свободно улыбнулся. О, женщины! Говоришь с ними о делах, хотят любви. Начнешь о любви, они про дела.

— С Альбиной я развожусь, Мира.