Проданная королева

* * *— Мирослава, вам плохо? Может быть, врача? Успокоительное?

Негромкий голос Альбины чеканил слова, холодный взгляд не подразумевал никакой заботы, скорее недвусмысленно намекал, что излишняя экспрессия чувств неуместна. Но Мирослава была несказанно благодарна Альбине, потому что та давала ей передышку.

Мире хотелось бы выкрикнуть:

— Заберите вашего мужа и оставьте меня в покое. Все вы!

Но она покачала головой, прикрыв глаза, и тихо, но твердо сказала:

— Нет, спасибо. Все хорошо, благодарю вас. Мне ничего не нужно.

— Ну как знаете, — ответила Альбина, поворачиваясь к мужу.

Посмотрела на гроб, едва заметно скривив губы, проговорила:

— От запаха этих свечей и цветов у меня уже разболелась голова. Надеюсь, вы меня простите, если я отойду? Вадим, можно тебя на два слова?

И, не дожидаясь ответа, пошла в сторону выхода. Вадим нехотя отошел с ней, раздраженный и сумрачный. Отойдя на приличное расстояние и встав так, чтобы быть у всех на виду, женщина осмотрелась, нет ли вокруг лишних ушей.

Все это время Альбина зорко наблюдала за поведением вдовы, но еще внимательнее за собственным мужем.

— Как прошел разговор? — спросила, не обращая внимания на его недовольство. — Что она сказала? Напишет отказ в твою пользу?

Вадим повел себя странно. Бросил на нее резкий взгляд, как-то вдруг ощетинившись и отгородившись внутренне. Ответил уклончиво:

— Я еще не договорился.

И отвернулся, пряча глаза. Альбина прищурилась, очень не понравилось ей выражение лица супруга. Она может, и не слышала всего, что говорилось между ними, но язык тела и недвусмысленный мужской интерес к молодой вдове, который муж сейчас пытался скрыть, прекрасно выдавал мысли.

Да он же просто хочет заполучить отцовскую подстилку себе…"

"Альбина с самого начала замечала, что муж проявлял открытую неприязнь к сожительнице свекра. А когда Илья Владимирович, выжив из ума на старости лет, решил жениться на этой молодой особе, Вадим чуть ядом не изошел от злости.

Завещание спровоцировало скандал. И все же, Альбина нутром чуяла, что дело тут не только и не столько в деньгах. Жены всегда чувствуют такое. Слишком уж рьяно Вадим старался оскорбить и унизить невесту отца. Слишком много ненависти. За этим скрывался самый настоящий голод самца.

Зря она доверила мужчине такие важные переговоры. Говорят же, хочешь, чтобы что-то было сделано хорошо, сделай это сам.

Перевела разговор на процедурные вопросы, потому что кто-то в семье должен заниматься процедурными вопросами, стала обсуждать какие-то детали. Вадим слушал внимательно. Но чего стоило то внимание, когда к вдове, сидевшей у гроба его отца, выражать соболезнования подошел одинокий мужчина?! Он впился взглядом в обоих и мгновенно подобрался. Лицо превратилось в жесткую, злую маску.