Проданная королева

Господин только взглянул на это и сразу бросил ему вторую подушку и одеяло. Без слов показывая, чтобы тот устраивался, где знает. Селим и устроился на полу, как можно дальше, и с опаской поглядывал на этого… Он теперь уже и не знал, кто этот человек. Да и человек ли он?

Русский улегся, почти не раздеваясь, пистолет под подушку спрятал таким естественным жестом, будто делал так каждую ночь. А потом закинул руки за голову, и какое-то время лежал, закрыв глаза. Даже дыхания не слышно, а Селим прислушивался. Через некоторое время осторожно приподнявшись, посмотрел. Тот вроде спал. Тогда он рискнул подойти и рассмотреть его поближе.

Смотрел долго. И не мог понять. Русский спал, но даже во сне ощущалось его напряжение и целеустремленность. Слегка осунувшееся лицо, двухдневная щетина подчеркивала это, запавшие глаза.

Но в остальном — совершенно нормальный, крупный и развитый мужчина лет тридцати — тридцати пяти. Но без горы бугрящихся мышц или еще каких-то внушающих страх внешних признаков. Трудно понять, что же в нем так пугало.

С другой стороны, эта проявлявшая моментами скрытая внутренняя сущность… Селим прекрасно видел, как реагировали все в том зале внизу. Значит, ему не мерещилось. Собственно, чего гадать, еще там в Джидде он понял, что русский опасен для него, как паровой каток для муравья. А все виденное здесь только подтверждало это. И потому правильнее будет его не злить, и молить Бога, чтобы их поиски поскорее закончились.

А когда вернется… О, когда он вернется… Селим поклялся всеми святыми, что навсегда забудет этот проклятый бизнес. Ну, во всяком случае, надолго. На какое-то время.

И тут русский пошевелился во сне, повернувшись лицом в его сторону. Брови спящего нахмурились, как будто он мог слышать, что Селим думал про себя.

— Навсегда! Навсегда забуду, Господи! — завопил мысленно Селим. — Только избавь меня от этого кошмарного человека!

И все же предчувствие говорило ему, что легко от этого человека ему не избавиться. За что такое наказание на его голову…

* * *Вадиму снилась молодая женщина в темно лиловом платье. Женщина шла под каменными сводами широкого коридора, темное покрывало колыхалось вокруг. За ее спиной воин, а вокруг толпа. На нее смотрели враждебно. Он не видел лиц, никого не мог разглядеть, все смазывалось, просто знал.

К женщине в лиловом приблизился кто-то. Молодой мужчина. Схватил за руку, сорвал покрывало. С другой стороны еще один мужчина потянул женщину на себя. Вадим напрягся во сне, хотелось крикнуть обоим:

— Отойди от нее! Руки убери! — но не мог, словно онемел.

Не мог шевельнуться, а ярость сжигала изнутри."

"Воин, шедший за ней, обнажил меч. Защитник, понял Вадим. Единственный защитник.