Проданная невеста (СИ)

Голос у королевского охранника был сильный, тягучий, напоминавший вокализ северных шаманов, о них я читала в книге и однажды слышала, когда была еще ребенком и мы с отцом ездили в столицу на ярмарку. Так там был шатер северных колдунов. Они сидели на шкурах, сложив ноги на восточный манер, и пели. От их голосов, сливающихся воедино, переплетающихся, как две нити, по спине пробегал мороз.

Вот и Торн пел очень похоже. От звука его голоса лицо Рейна становилось спокойнее, а я, напротив, отчего-то ощутила страх. Видимо, так действовала эта чужая магия.

Мне хотелось спросить у мужчины, где он научился такому, но я не посмела нарушать действие ритуала.

Вот черты лица моего мужа разгладились. Даже пустой взор стал будто спокойным, если можно только назвать таковым взор одними белками глаз.

Торн прекратил петь и я выдохнула с облегчением.

- А теперь, граф? Темнота ушла?

- Да, - выдохнул Риверс и повернул голову сначала в мою сторону, затем в противоположную. При этом он не видел меня, я это знала точно.

- Где вы, Рейн? – спросил Торн.

- Я… - произнес мой муж, - я в доме бабушки. Я ребенок.

- Кто? – голос мага звучал спокойно, располагая к ответу.

- Мой отец и эта женщина, его жена.

- Что вы видите?

Рейн нахмурился, затем рассказал:

- Я стою у приоткрытой двери и смотрю в гостиную. Бабушка сидит в стороне. Отец и эта женщина, они спорят, они ругаются. У нее на руках горит черное пламя. Отец этого, кажется, не замечает, но я… - Рейн выдохнул, - я вижу.

- Черное пламя? – Голос королевского мага изменился. Торн бросил на меня быстрый взгляд.

- Мы в том дне, когда вы получили шрам? – спросил мужчина, снова обращаясь к Риверсу.

"- Да. Я вспомнил. Я вижу! Они ругаются из-за меня. Она, эта женщина, кричит отцу, что ненавидит его и ненавидит меня, потому что я живое напоминание о том, что она никогда не будет иметь детей. Она спрашивает отца, зачем он притащил меня в их общий дом. Она в ярости.

- А что происходит дальше? – спокойно спросил Торн, рассматривая лицо Рейна, словно пытаясь найти изменения в выражении его лица. И Риверс хмурится, затем моргает и когда открывает глаза, они по-прежнему белые и какие-то страшные.

- Эта женщина поворачивает голову и замечает меня, - продолжает граф. – Лицо ее искажает гримаса гнева. Она отталкивает руку моего отца и бежит ко мне. Я отпрянул от двери, намереваясь убежать, но не успеваю. Дверь распахивается. Эта женщина на пороге, она смотрит так, что я не в силах пошевелиться и сделать шаг. Мне кажется, я даже дышать не могу!

Рейн поднимает руки вверх и хватается за горло. Лицо его начинает белеть и я в страхе смотрю на Торна.