Просто он работает волшебником

Потеряли там что‑то…

– Кто кричал? Женский голос… Я видел красивую брюнетку, когда шел сюда, – сказал Максим.

– Лучше забудь, что видел ее, а то мы тебя не убьем, а слепым сделаем! – посоветовал ему Борис. – Все! Заткнулись! До утра.

– Я в туалет хочу, – сообщил Григорий.

– Под себя сходишь, – грубо ответил Боря и захлопнул дверь.

Максим дождался, когда стихнут его шаги, и посмотрел на Григория:

– Хреново!

– Что?

– Похоже, спасения извне ждать не приходится, – озвучил Макс свою тревожную мысль.

– Как это?! Ты же говорил! Ты же обещал! – Глаза Гриши заблестели в темноте – похоже, от слез.

– Говорил, и я не обманывал тебя. Я и сам так думал… Но видишь, до сих пор нет никого, хотя я уже давно дал сигнал, чтобы нас вытаскивали побыстрее. Друг со мной так бы не поступил, он давно оказался бы здесь, если бы мог…

– Он что, тоже в аварию попал?

– Типун тебе на язык! С ним все хорошо… Вот почему он так задерживается? Что‑то случилось, может, связь с моим «жучком» нарушилась? Я купил новый, дорогой, а вдруг мне бракованный попался? Если честно, ничего больше в голову не идет. Ума не приложу, почему эта скотина меня так подставил и не спешит на помощь? Вот выберусь отсюда – набью ему морду!

– Сначала выберись, – откликнулся Гриша, выводя Максима из состояния раздраженной задумчивости.

– А ты, кстати, что разлегся‑то? – накинулся на него Макс. – Лежит, как Емеля на печи!

– В смысле?

– В самом прямом! На силача он приехал учиться! – передразнил его Максим. – Разлегся, как баба… в ожидании принца! Помощь‑то не придет! Значит – что?

– Что?

– Спасение утопающих – дело рук самих утопающих! Усек? Надо выбираться отсюда! – В Максиме проснулась энергия, или это заговорил инстинкт самосохранения.

– Как?

– Для начала развяжем тебя. Не покатишься же ты этакой колбаской?

– Колбаской не хочу, – подтвердил Григорий, – но… у них пистолеты есть.

– Ничего страшного, – отмахнулся Максим.

– Нет, это страшно, – не согласился с ним парень.

– Так мне – что? Одному уносить ноги? – спросил Максим.

– Развяжи, – попросил Григорий, которому, похоже, стало стыдно за свое поведение.

– То‑то же!

– Что связанный, что развязанный… ощущения‑то одни и те же…

– У тебя затекли руки и ноги. Полежи немного, приди в себя, – сказал Максим.

– Словно заморожено все!

– Вот именно, к утру бы гангрена началась, не дай бог, а ты еще развязывать их мне не давал. Только не вопи, – предупредил его Максим, доставая из заднего кармана кожаные «корочки».

– Почему я должен вопить? – полюбопытствовал парень.

– Скоро узнаешь, когда тысячи иголок в твои затекшие мышцы вопьются.

– Так, понял… Кажется, начинается… Ох… Смотри! Рукой могу пошевелить!

– Класс!

– Что это у тебя? – спросил Григорий.