Противостояние

— Максимен — небольшой гарнизонный городок, но там есть укрепленная крепость с башнями. Ее придется штурмовать, проламывая стены, по-другому до врага не добраться. А каждый твой лучник, — если они так хороши, как ты говоришь, — для нас очень важен. Постараемся избежать потерь среди твоих людей, Сирак.

— Они — твои люди, Макс Са, — бесхитростно ответил москочанин, — Торхеп прислал меня служить Великому Духу.

Операцию по штурму Максимена я назначил на первое апреля, до дня наступления оставались сутки. Отпустив Сирака, вызвал к себе Илса — немца, перешедшего на нашу сторону в Мехике. Ещё месяц назад задумал провернуть с его помощью одно дельце, попахивающее разведкой и шпионажем.

Илс очень неплохо освоил язык и даже успел обзавестись семьей, присмотрев себе молодую вдовушку, чей муж умер в боях за Мехик.

Немец оказался на редкость толковым парнем: он занял нишу, пустовавшую в Берлине, — стал умельцем резьбы по дереву. Его деревянные ложки были настоящими шедеврами. Кроме ложек, Илс собирал небольшие сундуки и ящики, решив вопрос окантовки своих изделий железными полосами для прочности. Имея природную смекалку и быстро освоив язык, немец занял свою нишу в обществе Русов, согреваемый ночами молодой вдовушкой. Его произведения из дерева пользовались устойчивым спросом — словом, Илс мог по полному праву считать, что жизнь удалась.

Мне пришлось побороть внутренние сомнения, прежде чем решиться заслать его в фюрлянд в качестве разведчика. Озвучивая свое намерение, не стал ходить вокруг да около, сразу беря быка за рога:

— Илс, мне нужно, чтобы ты вернулся в фюрлянд. — Немец опешил от моего предложения.

Нервно сглотнув, задал закономерный вопрос:

— Зачем, Макс Са? Я чем-то прогневал Тебя?

— Нет, тобой я доволен, всем бы такую голову и руки. Прошло три месяца, как Дитрих бежал после сражения. Я не знаю, чем он занят, какие у него планы, а главное — чего именно от него ждать. Любой Рус, попав в фюрлянд, скорее всего будет казнен или использован в качестве раба. Только ты можешь узнать всё, что мне надо, и в целости и сохранности вернуться обратно.

— Вернуться обратно? Мне можно будет вернуться обратно? — Голос Илса обрел твердость.

— Не только можно — даже нужно. Во-первых, ты теперь Рус. Во-вторых, как я узнаю сведения без твоего возвращения? Есть одно осложнение: Дитрих довольно подозрительный, как я успел понять. Твое возвращение из плена, — а тебе предстоит сказать, что все это время ты был в плену, — может выглядеть подозрительно. Особенно, если на тебе нет шрамов или следов издевательств. Ты понимаешь, о чем я?"

"— Да, Макс Са. Я должен выглядеть, как раненый и попавший в плен. — Илс держался молодцом.

Тогда, месяц назад, на тело Илса было нанесено несколько ран каленым железом.