Противостояние

Он знал, что ему придется провести какое-то время, чтобы собрать сведения для Макса Са, но тем радостнее будет встреча с женой.

Солнце клонилось к закату, когда Илс остановился, чтобы утолить голод. Перекусив мясом, он припал к маленькому родничку, выбивавшемуся прямо из земли. Несмотря на теплую погоду, вода была холодной и сводила челюсти. Можно было устраиваться на ночлег, но Илс решил идти до темноты. Чем быстрее он дойдет и выполнит задание, тем быстрее будет вероятность возвращения домой.

«Домой!» — мысленно попробовал слово на вкус, устремляясь в дорогу. Мог ли он думать ещё осенью, что этот народ, которым их пугали командиры, говоря, что они едят людей, станет для него родным? Илс вспомнил воинов, с которыми прошел от Регенсбурга до Мехика: они горели желанием убивать тех, кто ест людей. Но на самом деле, всё оказалось не так — Русы были таким же народом.

«Почему нельзя жить в мире?» — сам того не зная, Илс повторил слова Великого Духа, предлагавшего Дитриху мир.

На ночь он устроился на огромном дереве: поддерживать костер всю ночь не получилось бы, а рисковать спать без огня Илс не стал. Была весна, хищники ещё не утолили зимний голод. Одинокий человек для них — добыча легкая.

К обеду второго дня Илс миновал памятник человеческой глупости — заржавевшие и глубоко увязшие в земле гигантские пушки. Именно здесь его новый король Макс Са стал ему доверять, когда Илс обманом отослал к Дитриху большой конный отряд охраны. Именно с этого момента все Русы стали относиться к нему как к своему.

Утром третьего дня Илс продолжал путь голодным — мясо закончилось ещё вчера. Дважды он проваливался в яму с водой, его борода была покрыта слоем грязи, а сам он выглядел умирающим оборванцем. Наткнувшись на озерцо с водой, Илс ужаснулся своему внешнему виду, инстинктивно зачерпнув воду, чтобы помыть лицо. Но интуиция и остановила его: именно так и должен выглядеть сбежавший пленник, пробирающийся к своим.

Штатенгартен появился на четвертый вечер путешествия: к этому времени, Илс, не евший двое суток, едва волочил ноги. Его увидели со сторожевой башни города, выслав навстречу конный отряд. Приняв его за дикаря, первый всадник уже вскинул меч, когда Илс успел прокричать, собрав все силы:

— Ich bin Deutscher. — Силы оставили его, и он осел у копыт разгоряченного коня. Когда Илс пришел в себя, он лежал на шкуре, а женщина пыталась влить ему в рот воды. За сутки он окреп настолько, что начал ходить и был допрошен командиром гарнизона — суровым воином по имени Штеф.

К чести Илса, он прекрасно справился со своей задачей, даже Штеф прочувствовался:

— Отдыхай, воин. Завтра поскачем в Регенсбург, король должен видеть храбреца, сбежавшего от этих людоедов.