Противостояние

Оставался ещё Моско, но Сирак ещё в самом начале, после своего прибытия, не оставил места для оптимизма: с ним прибыла половина всех лучников островного государства. Даже если отправить Сирака за подмогой, он просто не успеет вернуться к началу вторжения, а я лишусь опытного капитана и маневренной шхуны."

"Пушкарь Нарм был отозван из Мехика вместе с тремя пушками и занимался обучением пушкарей Берлина. Четыре пушки для обороны города — маловато. Но это лучше, чем одна пушка и слабенький пушкарь Баси. Для защиты пограничного городка трех пушек было достаточно. Тем более что стена успешно отремонтирована и усилена, а гарнизон Мехика был опытный, вкусивший победу. Если усилить части Шрама и Гуран парой сотен солдат, то с учетом последних сражений они смогут противостоять превосходящим силам противника. Но тогда у меня остается совсем мало людей, чтобы прикрыть Берлин с юга и запада, откуда планируют нанести удар сатанисты.

Плеснув ещё водички на камни, улегся на полке, стараясь дышать через нос. ""Всеобщая мобилизация"", — пришло на ум слово, пока надо мной клубился пар. Другого выхода нет — придется поставить под ружье всех, кто способен держать в руках оружие.

Думать не хотелось, расслабленное тело требовало покоя и умиротворения, а не напряженной работы мозга. Сейчас общее количество воинов около пяти сотен в самом Берлине — это с учетом СмерШа, сбежавших из Макселя Русов, неандертальцев и лучников Моско. Ещё полторы сотни в общей численности находятся в Мехике. Если отослать пару сотен к Шраму, у меня останется всего три сотни. Мне нужно как минимум столько же, чтобы противостоять удару с двух сторон. Мужчин в Берлине хватает, но в основном это крестьяне и ремесленники, не державшие в руках оружия. «Рядовые необученные»… Это только в фильмах наспех собранные крестьяне успешно противостоят врагу, в реальности же один опытный воин равен трем новобранцам.

Закончив париться, сполоснулся водой из бадьи и вытерся куском ткани, заменявшей полотно. Чистая рубаха и штаны, заботливо переданные мне Зелой по указанию Наты, лежали в предбаннике. После возвращения Илса предложил ему остаться жить у меня, а работу делать в своем домишке. С уходом Баска и парней в резиденции освободилось сразу три комнаты.

Богдан, сидя на бревне в нескольких метрах от бани, продолжал делать свою работу, охраняя царственную персону. ""Вот сгоришь на костре Никона, будет тебе царственная персона"", — невесело усмехнулся, представив себе возможный исход будущего сражения. В этот раз Никон не будет осторожничать — сразу отправит на костер да ещё приползет сам, чтобы лично полюбоваться зрелищем.

— Пошли человека к Терсу, он мне нужен прямо сейчас, — Богдан сразу подозвал одного из братьев, выполняя мое указание.