Эра милосердия

На перевёрнутом ящике сидел совершенно окоченевший котёнок; маленький, чёрный, он разевал красный треугольный рот и жалобно мяукал.

Директор сказал растерянно:

— Вот он — их бандитский знак…

Глупость, конечно: ну какой там знак — обычный маленький котишка! Но оттого, что подбросили этот жалкий мяукающий комочек бандиты, все смотрели на него с удивлением, интересом, а некоторые — просто со страхом, будто был этот несчастный котёнок ядовитым.

Жеглов поднял его за шкирку и вглядывался в него, будто прикидывал, нельзя ли получить от него какие-нибудь сведения. Но кот только мяукал, судорожно поводя растопыренными лапками.

— А не мог кто-нибудь из сотрудников его здесь оставить? — спросил Глеб.

— Что вы, товарищ начальник! — взмахнул блестящими кожаными рукавами директор. — Санинспекция запрещает, да и некому тут…

Жеглов сунул котёнка Тараскину, Коля спрятал его за пазуху, и кот сразу затих.

— Тогда считать мы стали раны… — сказал Жеглов. — Давайте смотрите, что взяли…

Завсекцией, здоровенный красноносый мужик с медвежьими глазками, оглядываясь по сторонам, бормотал:

— Так, вроде всё на месте… Ага… Ага… Вторая камера и была отпёртая, нет в ей ничего… Ага… — И вдруг голос его упал; он повернулся к директору, и на лице его был испуг: — Вартан Иваныч, меланж!

— Что «меланж»? — раздражённо спросил директор — Украли?!

— Украли… — тихо сказал завсекцией и пояснил нам: — Банка здесь была, двадцатикилограммовая, к праздникам держали…

— Меланж — это что? — спросил Жеглов.

— Яичный порошок, — торопливо сказал директор. — Высшего качества, импортный… Ай-ай-ай, для госпиталя приготовили, а они, сволочи…

— Консервов нет, — объявил завсекцией. — Три ящика американских, с ключами…

— Мясо? — коротко спросил директор.

— Не, бекон, мясо уже распределили…

— Ящики большие? — спросил Жеглов. — Тяжёлые?

— Метровые, — буркнул завсекцией. — В ширину по полметра будут. Примерно, конечно. А вес брутто я вам точно сейчас скажу… — Он достал из кармана пачку накладных, пошелестел ими. — Вот… Двенадцать дюжин банок… так… нетто… Вот, брутто — семьдесят два кило, без ящика…

— Понятно, — кивнул Жеглов. — Остальные в сохранности?

— Да вроде… — неуверенно протянул завсекцией. — Инвентаризацию надо делать…

В винно-бакалейной секции преступники взяли ящик наливки «Спотыкач», коробку шоколада «Серебряный ярлык», ящик сахарина — тридцать пять килограммов, пять пачек папирос «Герцеговина Флор».

— А почему вы думаете, что пять пачек? — спросил Жеглов молоденькую заведующую, испуганно глядевшую на оперативников.

— Я не думаю, я точно… — сказала она уверенно. — В одной вязке — двадцать пачек.