Птичка в академии, или Магистры тоже плачут 2

В платье в Пустоши делать нечего, а штаны я ни разу не носила — дядя был против, а няня… Няня?"

"Я внезапно задумалась, вспоминая моложавую женщину, которая с детства меня растила, рассказывала о женских штучках и в грубоватой форме наставляла, чего девушке ждать от мужчин. Я внезапно поняла, что не помню ее лица, и вообще… Странное ощущение, когда осознаешь, что человек был в твоей жизни, занимал в ней значительное место, а ты его… забыл?

— Что-то не так? — спросила Лайза, надев похожий костюм.

— Что? — Я осмотрела ее, тут же потеряв ускользнувшую мысль.

— Тебе идет.

— Тебе тоже, — улыбнулась подруга. — С удовольствием ходила бы в таком наряде в повседневной жизни. Только в более элегантном варианте.

— А что, нашим боевичкам можно. Почему нам нельзя?

— Потому что они боевички, — сварливо произнес повернувшийся к нам Ё-ё, оценивая наши наряды. — А мне потом придется отбиваться от очередных твоих воздыхателей.

— Не говори ерунды! Никто не воздыхает, — отмахнулась я и похлопала по многочисленным карманам на штанах и куртке, приходя в восторг.

Ё-ё фыркнул:

— На зимнем балу посмотришь, какие обнаружишь кучки из рук и сердец.

Я почему-то представила все это безобразие отнюдь не в переносном смысле и скривилась:

— Фу на тебя.

— А почему кучки появятся именно на зимнем балу? — спросила ежа Лайза.

— Так многие домой поехали, только чтобы заручиться поддержкой и разрешением рода на брак. И если эль Лавалье не появится, то я сам лично напишу ему, сколько предложений Эйлин получила, и заверю, что она думает как минимум над парочкой! А еще…

— Это еще зачем? — опешила я.

— Не поверишь, но только для того, чтобы порадовать свою ежиную душу и увидеть его перекошенную физиономию. А после такого письма я ее точно увижу.

Ё-ё даже прикрыл глазки, предвкушая удовольствие.

— А если он приедет на бал? — со смешком поинтересовалась Лайза.

Еж скис:

— Написаю ему в тапки.

— Что? — У меня чуть накопитель из руки не вывалился, который я собиралась положить в один из кармашков куртки на груди. — Ты же приличный еж и никогда за таким непотребством замечен не был!

— Правильно, — приосанился Ё-ё.

— Я приличный еж, но с глубокой моральной травмой по вине этого индивида. Так что некоторое отступление от норм приличия допустимо.

— И какую же моральную травму он тебе нанес? — Лайза даже подбоченилась

— Глубокую, — весомо ответил Ё-ё и важно стряхнул пылинку со своего плаща, заставив нас улыбнуться. Но потом он посмотрел на меня и уже совершенно другим тоном произнес: — Ты так радуешься этим карманам, будто в каждом лежит по накопителю.

— Не лежит, но я положу.