Пусть ярость благородная

Но потом я вспомнил этот взрыв, и решил, что вполне возможно, Николай Оттович счел недостаточным просто так пробежать мимо вражеского крейсера и не отработать по нему минным залпом с одного борта и как это у него водится, он конечно же попал и не просто попал, а так, что на японском крейсере сразу взорвались бомбовые погреба, или детонировал минный аппарат. Нет, вчера вечером на мое имя поступила телеграмма, одновременно отправленная Наместником Алексеевым и адмиралом Макаровым, которая гласила: «Быть готовыми к прорыву в течении 3-х суток с сего дня» но я не думал, что это произойдет так быстро.

Вот совсем уже замедливший ход «Новик» бросает якорь, на воду спускают новомодный бензиновый катер, который мчит к нам, разгоняя волну и распространяя вокруг себя аромат бензинового угара. И вот пакет уже у меня в руках, я отчаянно разрываю плотную бумагу и при свете электрической лампы вчитываюсь в каллиграфически ровные строчки написанные рукой секретаря Наместника. Мне и моему «Манджуру» предписывается убыть сперва во Владивосток, где принять под командование отряд номерных миноносцев, а потом всем вместе и дальше к Камчатке и Курильским островам. У японцев там нет боевых кораблей, поэтому никто не помешает мне на корню пресечь развившийся в тех краях хищнический промысел, а также самое настоящее пиратство и бандитизм. Следовать туда, я должен буду отдельно от освободившего меня отряда, но ничего, не маленький не заблужусь.

* * *20 марта 1904 года 10:25 по местному времени. острова Элиот, остров Да-Чан-Шан Дао.

подполковник Морской пехоты Александр Васильевич Новиков.

Сегодня с утра на внутреннем рейде островов Элиота очень оживленно. К нам пришли корабли 1-й Тихоокеанской эскадры, не находящиеся в ремонте или в походе. Это броненосцы «Петропавловск», «Победа», «Полтава», крейсера «Баян» и «Диана». Как пошутил товарищ Одинцов: «Начались морские учения «Особая Миссия – 1904». С эскадрой прибыли также и Наместник вместе с командующим флотом. Что же пусть приходят. За три дня удалось сделать немало. Разбит палаточный городок, построен пищеблок, пока под открытым небом. Под парусиновым навесом – солдатская и офицерская столовые. От нарядов на кухню я с облегчением отказался, поскольку Дарья Михайловна прислала туда своих «девочек». И вот ведь змея – самых молоденьких и миловидных поставила на раздачу. И вот представьте – подходит к раздаче Ваня из Рязани, отстоял очередь человек двадцать, протягивает свой котелок. Да не фельдфебелю усатому, и не бабе-артельщице, раскормленной как племенная свиноматка, а восточной красавице, одетой, впрочем, с претензией на русскость – в белый фартук поверх темно-синей японской матроски и белый же платочек, по-девичьи повязанный под подбородком.