Пусть ярость благородная

"

"– Хорошо, Степан Осипович, только по вопросам нужд флота вам лучше обращаться к Сергею Сергеевичу, он тут более компетентен и знает нужных вам людей в составах своих команд лучше меня.

– Хорошо, Павел Павлович, у вас что-то еще?

Одинцов прокашлялся.

– Степан Осипович, не знаю, предупреждали вас или нет, но сейчас к Порт-Артуру должен подъезжать личный поезд Наместника Алексеева. И не надо ходить к гадалке, чтобы предположить, что, узнав о событиях сегодняшнего бурного утра, он возьмет свой любимый «Баян» и с максимальной скоростью помчится вслед за нами. Так что, как только закончим с островами Эллиота, надо будет собраться и обговорить ситуацию. Степан Осипович, вы должны понять, что я совершенно не собираюсь разыгрывать вас втемную, но попытки обойти Наместника могут слишком дорого нам всем обойтись. Наоборот, если вы сможете совместно работать в одной команде, то это резко улучшит моральный климат в крепости и на эскадре. У Наместника много разных недостатков, но он не предатель России и не гнида, а это значит, что с ним можно вести дело.

Макаров немного помолчал, и я и Одинцов знали о взаимной неприязни между ним и Наместником, но надеялись, что эти два непростых человека смогут перешагнуть через нее ради пользы дела.

– Я подумаю, Павел Павлович, и как вы правильно сказали, мы еще это обговорим. А то тут мне докладывают, что на «Новике» на мачту уже поднята антенна, а это значит, что скоро к нам присоединится Николай Оттович. А мы тут разговариваем о вещах вроде бы непозволительных для непосвященных, так что давайте отложим наши специальные разговоры до личной встречи.

– Хорошо, Степан Осипович, до встречи.

Одинцов передал трубку мне и вышел из рубки.

Часть 6. Здесь наш новый дом

14 марта 1904 года 15:05 по местному времени. Железнодорожный вокзал Порт-Артура

Поезд Наместника Алексеева прибыл почти строго по расписанию. Все было как обычно – ковровая дорожка, духовой оркестр, толпа встречающих. Но Наместник на Дальнем Востоке адмирал Алексеев шестым чувством царедворца чуял что, что-то было не так. Во-первых, праздничный перезвон церковных колоколов. Наместник Дальнего Востока, адмирал и прочая, прочая, прочая, был о себе довольно высокого мнения, но вряд ли так встречали именно его. Во-вторых, из окна вагона наблюдались толпы празднично одетых обывателей, стекающиеся к набережной, так что Порт-Артур сегодня напоминал разворошенный муравейник. Из чего адмирал Алексеев сделал вывод, что сейчас его будут радовать….

– Ваше высокопревосходительство, гляньте… – Адъютант указал на набережную, где из катеров и шлюпок выгружали на берег толпу понурых японских матросов.