Путь ликвидатора

– Послушай, Мэйти, – обратился он к собеседнику, – ты сказал, что остановился здесь по пути в столицу?

– Да, и теперь, после неудавшегося сватовства, – лорет грустно улыбнулся, – мне нечего здесь делать. Завтра с утра я покидаю этот замок.

– А как же все это? – Сергей обвел взглядом окружающую их роскошь.

– Мои слуги соберут все в две повозки и через день отправятся вслед за мной, – беспечно ответил лорет. – Я предпочитаю путешествовать налегке.

– Но в дороге могут возникнуть различные неприятные ситуации: хайры (так здесь называют всякий сброд, грабящий честных людей), квахо и прочее…

– Поверь мне, Сергей, – твердо взглянув в глаза собеседнику, произнес Мэйти, – я могу постоять за себя! К тому же я всегда беру с собой одного гетаро.

«Вот он – шанс!», – подумал Решетов и без обиняков перешел к делу:

– Послушай, Мэйти, перед свадьбой Витаро посылает меня в Тиран – это по поводу истории с алкадами, и если мое общество не будет тебе в тягость…"

"– Конечно, поехали! – воодушевленно откликнулся лорет, даже не дав Сергею договорить. – Ты не представляешь, как меня достали мои молчаливые, способные лишь исполнять приказания гетаро! Поедем вдвоем впереди – на этот раз никого не буду брать с собой.

– Ну, на том и порешим! – Сергей сам наполнил кубки, и они с Мэйти выпили за предстоящее совместное путешествие.

После этого они еще с часок поболтали, обсуждая клинки, женщин и предстоящую дорогу. Затем Решетов распрощался с гостеприимным лоретом, уговорившись встретиться поутру, и, прихватив дорогой подарок, направился в свою комнату, чтобы хоть немного поспать до прихода Миланы.

Глубокой ночью он проснулся от ощущения, что кто-то пристально смотрит на него.

Открыв глаза, он обнаружил рядом Милану, которая, забравшись к нему под одеяло, тихо лежала рядом и грустно смотрела на любимого. Сергей улыбнулся и нежно прижал невесту к себе. Девушка положила голову ему на грудь, тоже обняла его и прошептала:

– Люблю тебя…

– И я тебя… – прошептал Седой и, чуть приподняв Милану, нежно припал к губам будущей жены.

Эта ночь, последняя перед долгим расставанием, была исполнена грусти и неведомой ранее для обоих нежности. Былая страсть трансформировалась в глубочайшее чувство безграничной любви – они словно слились воедино, противясь грядущему расставанию.

Когда Милана издала громкий стон и выгнулась на постели, Сергей излился в ее лоно, уже не пытаясь, как раньше, избежать нежелательной беременности.

– Боги Зетро, как же я хочу от тебя сына! – прошептала Милана.

– Он уже в тебе, – полушутя-полусерьезно ответил Решетов и погладил ее живот.

– Я верю тебе, – произнесла Милана и поднялась с постели. – Отдохни перед дальней дорогой, милый. Утром я провожу тебя.