Путь ликвидатора

Седой отрицательно покачал головой, и служанка, торопливо собрав его одежду и пообещав, что к рассвету она будет готова, покинула комнату. Сергей растянулся на постели и тут же заснул богатырским сном.

Утром, едва рассвело, в его дверь тихонько постучали. Уже проснувшийся Решетов, потягиваясь, ответил:

– Да, войдите.

Служанка протянула ему постиранное и тщательно отглаженное одеяние и спросила, не желает ли господин позавтракать.

– Да, завтрак на двоих в мою комнату и разбуди моего спутника – скажи, что я приглашаю его на завтрак.

– Боюсь, что он еще не проснется, – робко ответила она.

 – Поздно вечером он вызвал к себе одну из наших девушек, и она довольно долго пробыла у него.

«Вот лис косоглазый! Таки вызвал себе девку!» – подумал Седой и ответил:

– Буди, буди! Нам нужно отправляться в дорогу.

Через некоторое время в комнату Сергея вошел умытый и одетый, но все еще окончательно не проснувшийся Мэйти.

– Доброе утро, – невнятно пробубнил он и плюхнулся в кресло.

– Как спалось? – с улыбкой поинтересовался Седой.

– Отлично! – как ни в чем не бывало ответил лорет и, довольно потянувшись, уселся за стол.

Путешественники плотно позавтракали, собрались в дорогу и, попрощавшись с хозяином, вышли во двор, где, уже готовые тронуться, стояли их кайсаны. Оседлав скакунов, Седой и лорет продолжили свой путь.

– Далеко еще до Тирана? – спросил спутника Решетов.

– Думаю, что к полудню доберемся, – ответил Мэйти. – Интересно будет посмотреть на твою реакцию, когда мы прибудем в столицу Тирантома.

– Чем же тебе так интересна моя реакция? – удивился Решетов.

– О, Сергей, – восхищенным тоном произнес лорет и мечтательно закатил глаза.

 – Тиран производит поистине ошеломляющее действие на того, кто видит столицу в первый раз. Это великий город, которому уже около двух тысяч лет. Он огромен, великолепен и прекрасен. Что ты, сомбарец, можешь знать о великолепии больших городов? – Мэйти забылся, и высокомерие так и сквозило в его голосе. – Бывал я в вашей стране… Холод, скалы, каменистая почва, убогие кораблики и невзрачные строения – вот все, что можно сказать о Сомбаре. Где именно ты там проживал?

– Конкретно – нигде, – тут же нашелся Седой.

 – Я был наемником, путешествовал по всей стране, а когда мне там надоело, отправился посмотреть другие государства – не хотел всю жизнь просидеть в этом захолустье.

– А-а, – довольно протянул Мэйти, – то-то! Я тебя прекрасно понимаю: после посещения этой страны я унес в своем сердце лишь грусть и даже некоторое отвращение. Ты уж меня извини, но твои соотечественники напоминают мне холодные, не имеющие никаких эмоций статуи. Поэтому-то я поначалу к тебе отнесся весьма недоброжелательно.