Путь ликвидатора

Седой, не в силах подняться на ноги, оторвал мертвую половину пса от своей ноги и пополз в сторону решетки, за которой уловил сочувствующие взгляды стражников.

– Се-дой! Седой!!! – орала публика, поддерживая своего любимца.

Тавр, появившийся возле Сетуса, мгновенно взял ситуацию в свои руки.

– И в этом страшном бою непобедимый сомбарец одержал победу! Слава великому воину!!!

– Слава! Слава!!! – эхом отозвалась толпа. – Тавр справедлив! Слава Седому!!!

Сергей дополз до решетки, где его подхватили заботливые руки стражников…

Толком не успев залечить многочисленные раны, Седой вновь был выведен на арену, где его противником стал непонятно кем изловленный и непонятно как доставленный в Тиран квахо.

Но Сергею, уже знакомому с повадками кенгуру-вурдалака, этот бой не доставил особых хлопот – через минуту тварь с пронзенным горлом замертво свалилась на арену. Этот бой окончательно закрепил за Седым статус непобедимого бойца кровавой арены. Выдернув из квахо меч, Решетов тяжело направился к воротам, чувствуя, как жар разжигает его тело. Рана на спине до сих пор не зажила и, по всей видимости, загноилась. Сергея доставили в его клетку, где он благополучно потерял сознание…

– …Ну, вот и все! – довольно произнес лекарь, отрезая конец нити. – Рана больше не вызывает опасений, так что вскоре ты поправишься.

Седой никак не отреагировал на слова врачевателя – глаза его по-прежнему смотрели в одну точку. Лекарь пожал плечами, чуть обиженно посмотрел на неблагодарного пациента и, собрав свою «аптечку», покинул клетку смертобоя.

«Что же дальше, Сережа? – уже в который раз спрашивал себя Решетов.

 – Так и будешь убивать людей и зверей, пока не сдохнешь сам? „А куда я денусь с подводной лодки?“».

Сергей уже не раз вынашивал планы побега, но все они разбивались о жестокую реальность – побег был невозможен. Вне стен клетки и арены он передвигался исключительно в тяжелых кандалах, сопровождаемый десятком стражников. Лагерь набит охраной так, что в глазах рябит от доспехов, едва выйдешь на площадку для прогулок и тренировок. Попытка побега – неизбежная смерть – такова формула его нынешнего существования.

Какое-то время Решетова вообще не привлекали к выходу на арену – то ли Тавр давал ему возможность зализать раны, то ли не находилось достойных противников для Дикого сомбарца.

Изредка перебрасываясь со смертобоями короткими фразами, Сергей видел в их глазах страх – каждый из них мог стать его противником в следующем бою. Контингент смертобоев регулярно менялся – таких долгожителей, как Седой, в числе преступников и бывших рабов не было, так что соседи по клеткам сменялись практически каждые десять дней.