Путь ликвидатора

Седой, яростно размахивая мечом, левой рукой выхватил из-за спины автомат и в развороте выпустил вокруг своих ног целый рожок. Но твари оказались на удивление живучими: то ли они плодились под его ногами, то ли их агрессия умножилась в разы – атака ужасных созданий усилилась, и уже через несколько секунд Решетов оказался спутанным скользкими телами по рукам и ногам. Сергей отчаянно зарычал и неимоверным усилием освободился, рассекая воздух мечом и отбросив за спину разряженный автомат. Внезапно он осознал, что меч его рубил пустоту, а отвратительные монстры с оглушительным шипением расползаются по сторонам, гонимые непонятно откуда взявшимся фосфоресцирующим сиянием…

С безмерным удивлением Решетов обнаружил, что стоит в столбе призрачного лунно-белого света, падающего откуда-то сверху. Он настороженно поднял взгляд и увидел, что странный свет, похожий на луч огромного прожектора, падает на него издалека – казалось, что с самого Катира, тускло светящегося в ночном небе. Прошли какие-то мгновения, и тело Седого плавно взмыло в воздух. Словно в невесомости, Решетов поднимался вверх, уносимый сиянием, льющимся на него со спутника Лэйне. Как будто находясь в сказочном сне, он обозревал удаляющуюся поверхность планеты и огни ночного Тирана, ставшего до смешного маленьким. Задрав голову, Седой увидел приближающийся к нему Катир, окруженный кольцом медленно плывущих вокруг него метеоритов. Скорость вознесения на небеса все увеличивалась – словно молния, Сергей мчался навстречу неизведанному, глубоко сомневаясь в том, что он еще жив.

Ослепительно-белый свет, заливший все пространство вокруг него и самое сознание, не оставив места ни для чего – даже для самых насущных мыслей и проблем… Словно посторонний наблюдатель, Решетов отрешенно созерцал проносящийся мимо него исполинский хоровод каменных глыб, в сумасшедшем танце опоясывающий темное, слегка фосфоресцирующее тело Катира. Безмерное удивление, охватившее его в тот момент, когда его ноги оторвались от поверхности Лэйне, давно отступило, сменившись умиротворением и предчувствием чего-то грандиозного и необычайно светлого. Свет мягко окутывал его, бережно кружил в воздухе, словно баюкая, пока вокруг не осталось ничего, кроме него. Через секунду Сергей осознал, что он уже не парит в воздухе – ноги его опирались на твердую ровную поверхность, сотканную из того же света, что унес его с Лэйне. Куда ни глянь – повсюду было это ровное белое свечение: никаких границ, горизонтов и вообще каких-либо деталей.