Путевой светлячок

Услышала тяжелый вздох Рейна, а потом его устало — озабоченный голос:

— Да-а-а! Мне еще и с детьми придется учиться ладить! Хватит! Я все сказал! И не забывай на кого рычишь мальчишка! Я твой дядя и как только приедем домой, поверь, лично прослежу за твоим воспитанием!

Детский рык заглох после выволочки родственичка, превратившись в упрямое едва слышное ворчание. Неожиданно оба замолчали, а потом Хем быстро юркнул ко мне под одеяло, прижимаясь к боку и обхватывая руками за талию. А с другого бока раздался с явными довольными рычащими звуками голос Рейна:

— Соня, я знаю, что ты уже проснулась!

Тяжелая большая ладонь демона, легла мне на грудь, а потом скользнула к подбородку, мягко заставляя повернуть голову к нему и посмотреть ему в лицо.

А мне было неловко и смущение заливало щеки. Почему-то ночью я этого чувства не испытывала, занимаясь с ним любовью в лесу у дерева. И потом, когда мылась под его горящим страстью взглядом тоже. А сейчас боялась поднять взгляд и посмотреть правде в глаза. Я люблю и любима и уже жена!

Хем сжал на мне свои руки и снова глухое ворчание с его стороны направленное на Рейна и мой демон тоже уже порыкивает на моего мальчика.

Это заставило шикнуть на стыд и неловкость, широко распахнуть глаза и прижав Хема рукой, потянуться к шее Рейна, чтобы тоже прижать.

— Я люблю вас обоих мальчики! Не ссорьтесь!

После моих слов возникла тишина, а потом хохот Рейна сотряс комнату. Уже через пару мгновений и я, и Хем оказались в плену его крепких объятий.

— Эхх племяничек и повезло же нам с тобой!

Хем затих, а я наконец, решилась посмотреть в глаза Рейна, с упоением и восторгом вглядываясь в этот фиолетовый бархат, который был предназначен лишь мне.

— Отдохнула немножко? — хрипловато спросил мой теперь уже муж.

Пальцами погладил кожу на моем лице и мне показалось, он очень пристально рассматривает меня, запоминает каждую черточку, что он тут же подтвердил словами:

— Знаешь, я заметил, что когда ты смотришь на меня, твои глаза темнеют до темно-серого цвета. Как расплавленное серебро! А в любое другое время они светло— серые, почти прозрачные. А еще ты все время норовишь меня потрогать.

Закусила нижнюю губу клычками, все еще смущаясь, но Рейн улыбнулся и я забыла обо всем.

Улыбка кардинально меняла его лицо. Резкие черты сглаживались, глаза сияли теплом, а тонкие губы чуть подрагивали от удовольствия.

Нестерпимо захотелось попробовать их на вкус, но возня Хема рядом, заставила увять этому желанию на корню.

Хотя Рейн с этим явно был не согласен, наклонился и прикоснулся к моим губам в нежном, как будто приветственном поцелуе. Но под конец игриво прикусил мою губу, а потом лизнул, тут же отстраняясь.