Путевой светлячок

Почему-то ощутила холод, а спустя еще минуту — дикую тоску и одиночество. Такое чувство, будто под водной гладью спрятался кто-то живой. И чем дольше сидела, тем отчетливее чувствовала холод, терзающий этого неведомого кого-то.

Потянулась к черной глади рукой и неожиданно заметила две серебристые щелки глаз, которые словно всплыли из толщи воды. Завораживающие живые глаза на фоне черной неживой поверхности. Бр-р-р…

Едва не коснувшись воды, хотела сразу отдернуть руку, но неожиданно к ней из пруда потянулась черная масса. И такая тоска нахлынула, что сил отдернуть руку не было, и я позволила этой черноте коснуться пальцев, даже направила в нее часть живительной энергии, согревая… На миг показалось, что серебристые щелочки глаз похожи на кошачьи."

"А может, он там и плавает, незаметный в черной воде? Кто его знает, что у демонов в пруду водится? И сейчас я поделилась с ним теплом, разгоняя одиночество и холод.

В детстве у меня в поместье был забавный кот, которого я выходила еще котенком и любила, но безжалостное время забрало питомца.

В следующее мгновение я отлетела в сторону от пруда и не слишком мягко приземлилась на пятую точку, а передо мной замер охранник, несомненно защищая от какой-то опасности. Сразу толком не поняла, что происходит, а потом, так же напряженно застыв, увидела, как из озера выбирается черное нечто, похожее на пушистого взлохмаченного кота с яркими серебристыми глазами. Только почему-то шкура на нем клубится черной дымкой, постоянно меняя очертания, но красивенько-о-о-о!..

— Ара, прошу вас, бегите! Как только крикну — бегите прочь и не оглядывайтесь! — прошипел охранник.

Я заметила, как из кустов и из-за деревьев тенями появляются и остальные мои защитники, и все, не мигая, смотрят на неведомое животное.

Не успела спросить, зачем убегать, как черное нечто, услышав просьбу-приказ, неожиданно угрожающе зашипело, одним стремительным движением кинулось к сказавшему это телохранителю и обвилось вокруг его ног: можно подумать — ластится. Теперь уже мужчина зашипел — явно от боли, а судя по тому, что даже солидный и битый жизнью демон не сдержался, то боль, должно быть, сильная.

Бедолага как подкошенный рухнул на землю и забился в судорогах, словно замерзая насмерть от холода.

Три других охранника подобно выпущенным стрелам рванули ко мне, но я резким жестом и криком остановила их:

— Стоять! Не приближаться!

Затем переместилась к корчившемуся рядом на траве демону и протянула руку к черному нечто у него в ногах. На меня тут же уставились серебристые кошачьи глаза, да с такой тоской, что от жалости дыхание перехватило.

— Отпусти его, котик! Он не тронет тебя, и ты его не обижай! — тихонько попросила, протягивая руку.