Путевой светлячок

— Ты красивая! — одобрительно заявил мужчина, положив руку мне на бедро и погладив.

От невиданной наглости я остолбенела, а он продолжал оглаживать, все ближе подбираясь к паху. Тем временем стоны и всхлипы стали еще громче, и догадаться, что сие означает, не сложно даже такой невинной девушке как я. Мика с Керином предавались любовным утехам совсем недалеко от своих спутников. Решили не тратить время и наверстать упущенное.

Страх скользкой змеей проник в сердце, потеснив смущение. Слушая эти стоны и глядя в загорающиеся похотью глаза оборотня, сидящего напротив и с большим удовольствием поглаживающего мои обнаженные ноги, я замерзала от мысли, что он тоже может последовать примеру своего альфы.

Только уже со мной.

Неожиданно для нас обоих Хем плюхнулся между нами на мои колени. В первый момент я чуть не взвыла — уж слишком тяжелый мальчик мне достался, а в следующий — взвыл уже Ярис, которому демоненок придавил задом руку, лежащую на мне.

— Какого… — заорал Ярис, вытаскивая руку.

Прижимая мальчика к себе, мысленно возликовала, избавившись от нахального ухажера, а Хем еще более неожиданно угрожающе оскалился, демонстрируя маленькие (пока!) клыки.

— Моя Хель! — прорычал он.

Ярис резким движением подался к нам и, толкнув Хема в плечо, скинул с моих колен. И все это проделал, ухмыляясь, отчего мне слишком сильно захотелось вцепиться ему в лицо когтями.

Но Хем меня опередил, кинувшись вперед головой на Яриса. Тот ловко увернулся в сторону, а незадачливый демоненок со всей силы влетел лбом в дерево. «Бум-с!» — раздался не предвещающий ничего хорошего глухой звук.

Я охнула, оборотень захохотал, пришлось сильно толкнуть его в грудь, убирая со своей дороги.

Ярис, завалившись набок, продолжал обидно хохотать, глядя на мальчика, который обернулся и в полном недоумении, скосив свои полночные глазки, уставился на меня.

Чуть не заплакала с досады, а главное, заметив кровь на лбу у пострадавшего, еще больше испугалась. Оказалось, шелушащаяся кожа на шишках лопнула, и на свет показались темные, еще тупые кончики рожек. Потянулась к Хему в попытке обнять, приласкать и унять боль, но Ярис заворчал:

— Не балуй, он будущий воин.

"

"— У него кровь, и во всем ты виноват! — выпалила я в сердцах.

— Не залечивай! У наших щенков, когда клыки растут, тоже сильно кровит. Они грызут все подряд, чтобы быстрее десна лопнула. Сейчас кровь перестанет идти, ранки подсохнут, и рогам легче расти станет. И зудеть не будут.

Понимая, что оборотень прав, все равно дико злилась на него. Вытерла кровь с обиженной детской мордашки и вновь усадила Хема на колени, обнимала и гладила по волосам, а он следил за оборотнями уже обычным взглядом.