Путевой светлячок
Светлые эльфы высокомерно взирают на темных, те платят им тем же. А если ты родилась от смешанного брака, и от темной эльфийки в дополненение к белокурым волосам и целительскому дару получила симпатичные клыки и хвост?.. Правильно, светлый родитель-сноб наверняка отправит тебя к темной родне, пусть под благовидным предлогом, но подальше, с прекрасных глаз долой, так сказать. А отправляясь в путешествие будь готова… оказаться на грани смерти, обзавестись приемным сыночком, стать предметом вожделения нахального оборотня и заполучить в попутчики самых невероятных существ этого мира — демонов. А еще будь готова встретить счастье, если интриги и приключения не уведут тебя с верной дороги…
Мой апломб тут же испарился, но оборотень успокоил:
— Ну что ж, если тебе вдруг не удастся скрыться от Яриса, обеспечу тебя хорошим приемом в своей стае и дам личное покровительство. И не говори потом, что оборотни не благодарные!
Сделав мне очередной (на его взгляд) подарок, Керин повернулся спиной и, тенью скользнув, скрылся между деревьев, оставив меня стоять с открытым ртом. Трое остальных тоже словно испарились. Успокоил, называется!
Повесив золотую цепь на шею, подсадила Хема в седло и, взяв лошадку под уздцы, повела прочь. Слава магии жизни, света полной луны хватало, чтобы неплохо видеть.
— А в мешке сыр и хлеб! — сообщил довольный Хем, шаря в нем рукой.
Его слова неожиданно успокоили, раз дали с собой немного еды, значит, возвращать все-таки не собираются.
— Ну что ж, Хем, мы теперь только вдвоем, — с невольным облегчением сказала мальчику.
Хем наклонился, погладил лошадку по гриве и неожиданно спросил:
— Хель, а теперь можно называть тебя мамой?
Похоже, он забыл о нашем уговоре, или не хотел думать об одном условии.
— Можно, тыковка!
Часть 3
— Не думай ни о чем, прислушайся к себе, почувствуй, как бьется твое сердечко. Тук, тук, тук! Оно такое горячее и запросто может поделиться этим жаром, направь его тепло в свои руки, на самые кончики пальчиков. И отпусти этот жар на свободу, только немножечко. Запомни, нельзя давать полную свободу огню, он вечно такой голодный… — шептала я на ухо Хему, обнимая со спины и держа его руки, над сложенными в будущий костер сухими ветками.
Прошло пять дней, как у демоненка прорезались рожки, и он начал проявлять повышенное и непривычное беспокойство. Жаловался, что внутри у него жжется что-то, рвется на свободу. А я со страхом поняла, что это природная магия просыпается и просится наружу. Магия огня!
Когда проснулась моя магия жизни, я бегала по всему поместью и пыталась лечить всех подряд, были моменты, когда я специально наносила себе ранки, чтобы залечить. Так действовала Сила, переполняя меня, разрывая изнутри и требуя выхода, вот как сейчас из Хема огонь рвется наружу.
"Утро третьего дня, как мы покинули оборотней, выдалось неприветливым: серым, пасмурным — вот-вот пойдет дождь. Мы старательно учились правильно выпускать силу Хема, чтобы он не сжег себя и лес заодно. Я держала его за руки и трепетала, чувствуя скрытую в нем мощь магии огня. Ему всего шесть лет, а я с трудом помогаю удерживать силу: спина взмокла от напряжения, а голос едва не дрожал, пока вводила его в транс и наставляла.

















