Группа специального назначения
Роман о военном времени, о сложных судьбах и опасной работе неизвестных героев, вошедших в ударный состав «спецназа Берии».Еще в застенках Лубянки майор Максим Шелестов знал, что справедливость восторжествует. Но такого поворота судьбы, какой случился с ним дальше, бывший разведчик не мог и предположить. Нарком Берия лично предложил ему возглавить спецподразделение особого назначения. Шелестов соглашается: служба Родине — его святой долг. Группа получает задание перейти границу в районе Западного Буга и проникнуть в расположение частей вермахта. Где-то там засел руководитель шпионской сети, действующей в приграничном районе. До места добрались благополучно. А вот дальше началось непредвиденное…Шел июнь 1941 года…
— Да что там у вас происходит, черт возьми? — гневно закричал Малютин.
— Обстреливают, товарищ секретарь горкома! — с какой-то детской обидой выкрикнул молодой лейтенант. — Мы-то тут при чем? Никакого повода не давали! Из штаба дивизии приехали на рекогносцировку местности — вот их, видать, и засекли, стали пугать!
— Какого хрена им тут надо? Кто их приглашал?
— А мы без понятия, товарищ первый секретарь! У них свое начальство!
— Раненых нет?
— Пока обошлось… Вы прямо не езжайте, опасно. Метров через тридцать лесная дорога отворачивает, вот по ней и давайте, она объездная. У заставы как раз к речке выедете…
Несколько минут колонна волоклась по лесу, объезжая пни и опасные буераки. Выстрелы оборвались. У заставы, под защитой лесистого косогора, стояла потрепанная «эмка». Из раскрытого капота валил дым. Кашлял чумазый водитель, пытаясь устранить неисправность. Мялись в стороне два старших лейтенанта с петлицами пехотинцев. Незнакомый грузный подполковник ругался с начальником заставы. Щеки его раздувались от бешенства.
— Что творится у вас на заставе? — крыл он громовым басом. — Нас чуть не подстрелили!
Максим по команде Малютина притормозил рядом с «эмкой».
— А вы еще кто такой? — разорялся Малютин, спрыгивая с подножки. — Какого черта вас сюда принесло?
— Я выполняю приказ своего начальства и не обязан отчитываться перед каждым встречным-поперечным! — нервно выкрикнул подполковник, после чего стушевался, разглядев, кто перед ним. — Простите, товарищ первый секретарь горкома, не узнал. — Он уже не кричал, а раздраженно выдавливал слова. — Подполковник Градов, начальник разведотдела 23-й дивизии. По приказу комдива Драгунского проводим рекогносцировку местности в районе крепости. Вот полюбуйтесь, обстреляли. Хорошо, что сами целы. Пуля двигатель пробила, до заставы доволоклись и стали. И что теперь? Кто ущерб возмещать будет?
Подполковник Градов тяжело дышал.
«Испугался товарищ, — мысленно отметил Максим. — Возможно, не участвовал еще в боевых действиях, все больше по учениям да по картам…»
— А вы ноту протеста напишите, товарищ Градов, — посоветовал Малютин. — И в германский МИД отправьте, голубиной почтой. Может, прислушаются.
— Для вас это шуточки, товарищ Малютин, — вспыхнул Градов."
"— А вы будто первый день служите, — парировал секретарь, — и не знаете, что происходит на границе. Был приказ: не раздражать немцев. А уж они научились отличать наши зеленые фуражки от атрибутов регулярной армии. Не собираюсь вмешиваться в ваши военные дела, но послушайте совета: держитесь подальше от этих мест, не надо здесь высовываться. Они внимательно следят за нашей стороной и только ждут повода.
Шелестов снова скромно молчал, держался в стороне.













