Рай и ад Земли

Надо говорить громко и отчетливо: «Ке-екс!»

Непроизвольная улыбка появилась на обоих лицах, и проворный фотограф защелкал своим фотоаппаратом, словно стреляя из пулемета.

– А почему именно это слово?

– Как? Разве ты не слышала этот анекдот про лягушку?

– Не-а.

Пока Дмитрий усаживал девушку в кабину и застегивал ремнями, успел и анекдот пересказать:

– Лягушка требует у фотографа: мол, все смеются, что рот большой, так ты уж сделай его как-нибудь маленьким. Тот и советует: «Как только я крикну: «Говори!» – ты сразу вслух повторяешь слово «Буулочка с изю-умом!» Вот у тебя ротик маленький и получится».

Началась съемка, раздается крик: «Говори!» Лягушка растерялась, только и помнит: что-то сладкое и вкусное. Вот и ляпнула: «Кекс!» До сих пор ее с преогромным ртом изображают. Александра только грустно вздохнула:

– Бедная лягушечка, – и ее невеселое состояние было понято, как переживание по поводу предстоящего полета:

– Да ты не бойся! Лучше сразу настройся на внеземное удовольствие. Кстати, вот этот красный регулятор добавляет в кабину тепла, а вот этот синий – обдув свежим воздухом.

Не перепутаешь?

Кажется, к девушке стало возвращаться чувство юмора:

– Прямо не знаю. Придется тебе еще раз сорок повторить.

Светозаров на это облегченно рассмеялся и полез в переднюю часть кабины. Закрепился ремнями, задвинул плексигласовый колпак и дал команду по радио:

– Поднимай!

В следующий момент от корзины автоматически отстегнулись все удерживающие канаты, всю связку подбросило вверх, и она стремительно стала набирать высоту. Особенную пикантность ощущениям подъема придавала полная тишина. Ни рева турбин, ни шума моторов, даже свист ветра прекратился.

Только бескрайняя синева неба вокруг да застывшая над головой громадина воздушного шара. И – ощущение непонятной силы, которая возносит в мир небожителей. Никогда прежде не испытывавшая такого удовольствия Александра долгое время просто восторженно крутила головой, пытаясь рассмотреть стремительно уменьшающийся на земле город. Наконец она не выдержала, заволновалась и нарушила тишину:

– Дима, ты меня слышишь?

– Конечно! У нас ведь переговорное устройство. Просто ждал, когда тебе тишина надоест.

– Да, просто невероятное беззвучие. Но все равно скорость подъема как на самолете.

– А так оно и есть, – подтвердил Светозаров. – Вот только воздушный шар вместе с нами поднимется гораздо выше обычных пассажирских маршрутов.

– Ой! Почему ты мне раньше не сказал?

– Зачем? Ведь все равно показывать неприличные жесты и язык пассажирам авиалайнеров запрещается. Так что попрошу себя вести пристойно.

– А что будет с шаром, когда он нас отцепит?

– Отправится по своим делам на Луну. Шучу, конечно.