Рай и ад Земли

К этому все равно шло дело, а частые встречи между влюбленными, сопряженные с дальними и утомительными поездками, начинали мешать государственному управлению. Друзья поговорили об этом деле с глазу на глаз и пришли к общему мнению: пора! Затем закатили на целую неделю умопомрачительный «мальчишник» и отправились в Опалы свататься.

А уж свадьба стала событием мирового масштаба, лишний раз подтвердив то первое место, на которое вознеслись Ягоны всего лишь за два года. Но уже во время медового месяца Дмитрий Светозаров впервые пожалел, что друг его теперь «отрезанный ломоть». Тот всячески отнекивался от вечеринок в холостяцких компаниях, не желал путешествовать по иным мирам без супруги, да и вообще вдруг превратился в препротивного подкаблучника. Что служило поводом для приятельских подначек и розыгрышей. Ну а когда к концу описываемых трехлетних событий супруга Бонзая Пятого родила прелестную малютку, счастливый папаша так прямо и сказал своему товарищу:"

"– Знаешь Дин, ты для меня лучший друг, и, если надо, я пойду за тобой на край межмирских пустот. Но что-то меня больше на других женщин не тянет, хочется все время быть дома, возле жены. Ты ведь и так знаешь: столько за весь день набегаться приходится, а порой и ночью покоя не дают. Так что по девочкам я теперь – пас.

Шафик Дин тяжело вздохнул, вытер притворную слезу и промямлил:

– Вот и все, погиб наш великий бабник и пьяница Бон! Покинул ряды борцов за вольную любовь и безвозмездную ласку! Горе мне, горе! Король разврата умер! Да здравствует король – примерный семьянин!

– Ты это… не ори так! – Виновато улыбающийся монарх с опаской оглянулся на дверь, ведущую во внутренние покои. – Еще услышит кто.

– Ой, а то о твоих похождениях никто в Вельге не знает! А сколько уже по другим мирам деток, на тебя похожих, бегает? Зря ты пасуешь, подкаблучник!

– Ну мало ли что раньше было, – вздохнул Бонзай, а затем многозначительно хмыкнул, толкая друга кулаком в плечо: – Ничего, я на тебя посмотрю, когда сам влюбишься.

– Кто?! Я? Ха-ха! – рассмеялся Дмитрий. – Да никогда в жизни я таким домоседом не стану! Нет, конечно, жениться, скорее всего, придется, и жену свою я буду любить, но чтобы отказаться от познания мира в самых его изящных чертах, обворожительных формах и сокровенных деталях – никогда не соглашусь.

– Да? Хм! Ладно, ладно! Поживем – увидим, – завершил разговор монарх Ягонов.

А беседовали они так ровно за два месяца до того, как Дмитрий Петрович Светозаров в мире Земли столкнулся на катке с Александрой.

Глава двадцать седьмая

ФИНАЛ

Лимузин с охраной выстоял под виллой Светозарова сорок минут, прежде чем девушка решилась отправиться в родную контору.