Случайная свадьба (+ Бонус)

Полицейские переговариваются между собой, а у меня перед глазами проносится мое похищение.

Под самым полицейским участком, на глазах у полицейского, который стоял, сунув руки в карманы, и спокойно смотрел, как меня запихивают в машину.

Вдруг это знакомые Максуда? Нет уж, я как-нибудь сама дойду.

Отхожу еще дальше от шоссе и дожидаюсь, пока эвакуатор увозит разбитый автомобиль. Следом уезжает полиция.

Я снова реву, размазывая слезы по щекам, и ругаю себя за подозрительность. Почему я решила, что эти полицейские обязательно меня сдадут Максуду? Может, наоборот, их с Хамзатом привлекли бы к ответственности? Сколько мне еще так идти или правильнее, на сколько меня еще хватит?

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​Внезапно раздается шум двигателя, и яркий свет фар ослепляет меня, заставляя заслонить глаза локтем. Хлопает дверца, и я слышу сердитый мужской голос:

— Все-таки спряталась! Чего же ты с ними не поехала, глупая? — голос приближается, и уже говорит над самым ухом: — Ты же в той машине была, ехала на… массаж?

Меня хватают за руки, разворачивают ладонями вверх, и я вижу мужчину. Он с озабоченным видом рассматривает мои руки, вглядывается в лицо и сердито сплевывает.

— Кого они прислали, это же трындец какой-то. Твоя мама вообще в курсе, что ты... ммм… массажи делаешь? Не мамка, а мать, — наверное, на моем лице отражен такой ужас, что он добавляет: — Не бойся меня, я врач. Это я тебя вызвал из… из массажного салона. Так и подумал, что ты побоишься в больницу ехать, приехал тебя забрать.

До меня начинает доходить. В разбитой машине ехала массажистка, которую вызвал на дом этот незнакомый мужик. Поздновато, конечно, для массажа, ну, кому как удобно. Он услышал, что машина разбилась, и приехал оказать помощь. Как врач.

Явно не из местных, говорит без характерного акцента. Ну не может же Максуд знать всех абсолютно?

— Ну что ты стала как столб? Пойдем, — подталкивает меня мужчина в сторону машины, — я здесь остановился недалеко, осмотрим тебя, обработаем ранки. Выспишься. Тебя как зовут?

Хоть он и говорит недовольным тоном, в груди становится тепло оттого, что это выходит у него даже участливо, без насмешки.

— Тебя как зовут? — спрашивает незнакомец.

— Ма… — начинаю отвечать, и губы сами собой произносят: — Мадина!

Глава 4

— Ну выходи, чего сидишь? — мой спаситель распахивает дверцу заднего сиденья и заглядывает в салон. — А, Мадина?

Смотрю на него и отчаянно моргаю, стараюсь прогнать сонливость. Пока машина ехала по каменистой дороге, я похоже отключилась, и теперь пытаюсь сообразить, где я, кто я, кто этот мужчина и что он от меня хочет.