Случайная свадьба (+ Бонус)

— Да ни к чему она у вас не приучена, Лейла, — брызжет ядом «свекруха», — мы с ней все по чести, как положено. Мы же не дикари! Платок надеть предложили, еду. Была б нормальная, или приняла, или отказалась бы. Никто ее насильно не держал. Но она ж бешеная! Весь хрусталь мне переколотила, весь! Все приданое, что мне мама полжизни собирала, козе под хвост.

Тут уже я не выдерживаю.

— С каких пор задушить платком означает предлагать его надеть, — спрашиваю возмущенно, и внезапно до меня доходит смысл сказанного. Спрашиваю слабеющим голосом: — Погодите, что значит, отказалась бы? Я что, могла просто сказать «нет» и уйти?

— Конечно, — с тревогой глядя на меня, отвечает мама, — никто не может насильно удержать девушку. Она должна дать свое согласие или уйти. Ты ведь ушла, Марта?

— Но меня закрыли! — ошалело смотрю то на маму, то на Азата, то на крикливую бабищу. — Меня не выпускали!

— Конечно закрыли, — ухмыляется та, — а как тебя можно было выпустить? Ты же стала моей посудой швыряться. А если бы в голову кому попала? Я потом к тебе дочку послала, Мадину, чтобы она тебя накормила и во двор вывела. Мы тебя домой собирались везти. Что ты с моей дочкой сделала? К табурету привязала, шкаф отодвинула и сбежала.

У меня ощущение, что я перенеслась в параллельную реальность. Или в Зазеркалье, где все выглядит в искаженном свете.

Меня никто насильно не держал, я могла просто отказаться выходить замуж за Хамзата и… все? Да бред же! А потом цепляюсь за последнюю фразу.

— Мадину? Я привязала к стулу Мадину?

— Да, — подает голос спутница Изеты, которая до этой поры помалкивала, — бедная девочка выплакала все глаза, пока мы ее нашли!

— Ты нас всех чуть не угробила! — вторит ей старушка с сердитым морщинистым лицом. Это не она выше всех подпрыгивала, пытаясь закинуть мне на голову платок? А тут смотри, как скособочилась…

— Тетя, бабушка, хватит! — бубнит под нос Хамзат. Он стоит рядом, потупившись, и похож на провинившегося подростка, который не знает, куда деть руки.

Я могла бы обвинить их в обмане, но лица всех троих — и мамы Хамзата, и его тетки, и бабушки — пылают таким праведным гневом, что изнутри меня начинает точить здоровенный червяк сомнения. Ну не могут они все быть в сговоре с Максудом! Хамзат да, но они?

Зато у меня много, прям миллион вопросов к мелкой засранке Мадине.

Эта маленькая жаба наплела мне, наврала, а я, дура, уши развесила. Ее прислали меня выпустить, а она так все подстроила, чтобы я бежала через овраги и желательно в одном из них свернула себе шею.

Старалась для подружки как могла. Вот только как она сама себя к стулу привязала?

— За ней брат приехал, Масуд ваш, ему Хамзат позвонил, чтобы он сестру забрал, — вдруг говорит его тетка, высокая и худющая как рыба-игла. — А она сбежала.