Разрушу твою жизнь

Злило то, что я уже заранее воображала, как он ищет мне замену, пресытившись мной. И раздирающую ревность от этого."

"Надраила свою кожу его мочалкой в ванной. Раздражённая душой и телом, выпорхнула из комнаты, надеясь найти еды, напялив на себя одежду Хозяина. Майку и брюки, туго завязанные на талии.

В огромном доме оказалось оглушающе тихо.

В поисках кухни я набрела на роскошную гостиную. С хрустальной люстрой, поразившей меня своим блеском. Какое-то время я рассматривала её завороженно. А затем очнулась. Огляделась и увидела полку с фотографиями.

Шамиля. Они притягивали меня со страшной силой.

Приблизилась, ошарашенно обнаружив на фото Хозяина, обнимающего девушку. Миловидную брюнетку с длинными волосами. Мягкой улыбкой, от которой мне сделалось больно. И от этой боли захотелось согнуться в три погибели. Умереть на месте.

Кто она?

– Они очень красивая пара. Правда? – раздаётся за моей спиной голос горничной.

Оборачиваюсь к ней. Смотрю, как глупый пупс. Круглыми глазами.

– А кто она?

– Жена господина Ямадаева.

Приехали.

Поезд «Москва – Пи$да», конечная станция.

Глава 12

Ощущение, будто пуля входит в грудную клетку, пробивает насквозь сердце и выходит, разламывая ребра. Оставляя после себя огромную дыру. В который раз убеждаюсь, что физическая боль не так сильна, как душевная.

Закусываю до крови щеку изнутри, чтобы не расплакаться прямо тут. При постороннем человеке. Устала, но именно сейчас реветь хотелось меньше всего. Я бы обняла себя, да всё равно не удержу. Распадусь на мелкие кусочки.

Внутри включается автопилот, позволяющий стоять на ногах. Не упасть прямо перед горничной носом в пол.

– А жена господина Ямадаева не против, что у него гости? – рассматриваю девушку на фотографии.

Молочного цвета платье прекрасно подчеркивало достоинства фигуры. Гладкие длинные волосы переливались, отражая лучи солнца. Очень привлекательная. Могла бы иметь популярность в «Тристаграм», демонстрируя новые шмотки и аксессуары.

Да. Такой я и видела жену Хозяина. Совсем не похожей на меня. Меня-то проще представить в зоопарке, пытающейся засунуть руку по локоть в пасть льва.

– Ох, я глупая. Я вам ничего не говорила!

Спохватившись, зажимает обеими руками рот, глядя на меня с таким лицом, будто совершила самую страшную в жизни оплошность. Хозяин за длинный язык не похвалит. Да вот поздно уже идти на попятный.

Смотрю на неё воспалённым, напряжённым взглядом. Мне хочется приставить к её горлу острие ножа и поторопить.

Но вместо этого я лишь склоняю голову вбок, ожидая ответа.

– Только, пожалуйста, не говорите господину Ямадаеву, что я вам рассказала! Он же меня уволит.