Разрушу твою жизнь

 – Тогда я дам тебе возможность к нему вернуться, сразу, как ты мне надоешь.

Наверное, пробуя достать его до самой селезёнки, я не ожидала, что Шамиль не станет подставлять другую щеку. И получила рикошетом. Глаза наполнились слезами обиды. Глупой. Детской.

Несмотря ни на что, мне хотелось бы услышать от него иные признания.

Неожиданно ощутила давление члена у половых губ. Охнула, глотая воздух. Забывая, как вдохнуть обратно. Глаза едва не выкатились из орбит, когда член проник во влагалище.

Затрахаю до смерти.

Шамиль не даёт возможности приспособиться к своим габаритам, начиная фрикции. Болезненные, давящие. Чувствую распирание от органа, к которому не успела привыкнуть. Слишком большого для такого грубого вторжения.

Не заметила, в какой момент он освободил мои запястья. Но сейчас его руки находились на моих бёдрах, контролируя движения. Направляя моё тело по нужной для него траектории. Словно я надувная кукла.

И если это наказание за мой длинный язык, то самое паскудное из всех, что можно придумать.

Сжимаю в кулаке одеяло, пытаясь абстрагироваться от происходящего. Слёзы текут рекой. Я не просто плачу. Рыдаю. И понимаю это лишь по тому, как резко расширяются и опадают мои рёбра, прижимаясь к постели.

Боль ничто по сравнению с обидой, растущей во мне до вселенских масштабов.

Шамиль останавливается. Замирает во мне. Слышу его тяжёлое, рваное дыхание. Нависает, упираясь ладонями в матрас. И по пульсации органа внутри меня я подозреваю, что пауза даётся ему с огромным трудом.

Наклоняется, захватывает мой подбородок. Заставляя извернуться в неудобной позе. И находя губы, впивается в них с какой-то животной ожесточённостью. Злостью. Поцелуй солёный от моих слёз. Влажный.

Ощущаю, как член медленно покидает моё тело. И вновь вторгается. Вопреки всему, желание возвращается с утроенной силой. Мне не хочется испытывать удовольствие, но я не в состоянии бороться. Я слишком устала сопротивляться.

Шамиль сминает меня в объятиях, сжимает мою грудь, почти причиняя боль. Царапая грубой кожей ладоней соски. И почему-то именно это находит очередной отклик в теле.

Стону от острого желания. С ужасом осознавая, что близка к пику. Близка, несмотря на то, как жёстко он меня имеет. А иначе это не назвать.

Рука Шамиля оказывается на моём клиторе. Скользит по влажной плоти. И в сочетании с крупным членом, движущимся во мне, чувства становятся оглушающими. Переполняющими моё нутро. Мир начинает кружиться вокруг меня, приходя в движение. По телу прокатывается судорога. Ток пронзает каждую мышцу, сокращая и расслабляя. Отчего Шамилю приходится придавить меня к кровати.

Мир потемнел. И лежала на кровати, придавленная Шамилем, что-то шептавшем мне на ухо. Но ничего не понимая. Не разбирая слов. Отрешённо уставившись в одну точку.