Развод. Я не приму вторую!

Она была тем мостом, который мы строили все эти дни, не осознавая этого.

Ночь накрыла нас своим теплом, и всё, что я знала, – это то, что этот момент был настоящим.

Как только я её поцеловал, внутри всё перевернулось. Это чувство – её губы, мягкие, тёплые, с лёгким привкусом чая – я не ощущал уже больше года. Я даже не помнил, когда это было в последний раз.

Год. Ровно год, как я перестал к ней прикасаться. Не потому, что не хотел. Просто в какой-то момент я устал. Устал слышать отказ за отказом.

“Адам, у меня болит голова.”

“Я устала.”

“Не сейчас.”

Сначала я пытался бороться. Думал, это пройдёт. Искал её внимания, старался наладить близость. Но она каждый раз отстранялась. И я… я сдался.

Я просто перестал пытаться. Не потому, что перестал её любить, а потому, что больше не мог быть тем, кто постоянно просит.

Но сейчас всё было по-другому. Она не отстранилась. Наоборот, стояла передо мной, такая настоящая, такая близкая.

Я поднял руку и убрал с её лица прядь волос. Её кожа была мягкой, тёплой, как я помнил.

– Прости, – выдохнул я, глядя ей в глаза.

– За что? – она спросила тихо, но я видел, как её дыхание стало чаще.

– За всё, что я не сделал. И за то, что сделал неправильно, – ответил я.

Она молчала, но в её глазах я видел, что мои слова что-то для неё значат.

Я снова коснулся её лица, провёл пальцами по щеке, а потом притянул её к себе.

– Я думал, что мы потеряли это, – прошептал я.

– Я тоже, – она ответила, и в её голосе была боль, но и что-то ещё.

Я наклонился, наши лбы соприкоснулись. Я хотел быть ближе, хотел снова почувствовать её, ту, которую я любил когда-то.

– Ты пахнешь, как дом, – сказал я.

Она удивлённо посмотрела на меня.

– Как дом?

– Да. Теплом, уютом. Тем, что я, кажется, потерял.

Она коснулась моей груди, её руки дрожали.

Её прикосновение словно оживило меня. Всё, что я когда-то чувствовал, вернулось.

Я снова поцеловал её, медленно, позволяя себе наслаждаться моментом. Я вспоминал, как её губы когда-то были источником моего спокойствия, моей радости.

Раньше это было просто. Мы были молоды, у нас не было ничего, кроме друг друга. Но потом пришли дети, заботы, усталость.

А потом пришло что-то ещё. Что-то, что разрушило нас.

Я отстранился и посмотрел на неё.

– Ты всё ещё та, Марьям.

Она покачала головой.

– Нет, я другая. Но, Адам, я хочу верить, что мы можем всё вернуть.

Эти слова были как спасение. Я обнял её крепче, чувствуя, как она расслабляется в моих руках.

Марьям подняла на меня глаза, в которых уже не было того холода, к которому я привык за последний год. Она смотрела на меня по-другому – с теплотой, с надеждой.

– Ты прекрасна, – сказал я, чувствуя, как эти слова срываются с моих губ.

Она чуть отвела взгляд, но я видел, как её щеки покраснели.

Я провёл руками по её плечам, ощущая её близость.