Развод. Моя (не) желанная (СИ)

 — Все свои удовольствия я оставлю за пределами дома, чтобы не подпитывать твою паранойю.

Тёмный взгляд катком прошёлся по мне до самой макушки.

— Ну как? Теперь полегчало?

Я проигнорировала его издёвку и принялась за свою щедро сдобренную маслом и фруктами кашу.

Посчитаем это победой, пусть и мизерной. По крайней мере, мне не придётся сталкиваться под одной крышей с его пёстрым гаремом. Засвербит в одном месте — путь развлекается, но подальше от моих глаз и ушей.

— Но я от тебя подобных жертв требовать не намерен, — крепкие белые зубы вгрызлись в поджаристый тост, и на мой немой вопрос Громов ответил, лишь когда дожевал его до конца. — Можешь ни в чём себе не отказывать. Развлекайся с кем хочешь и когда хочешь. Цени мою уступчивость, Митина.

— До пошёл ты, — шепнула я и вернулась к своей каше.

Видимо, переговоры мы умели вести только в присутствии адвокатов.

Очень уместное наблюдение — подозреваю, следующей попыткой заговорить о делах как раз и будет обсуждение нашего неминуемого развода.

Хотя что там вообще обсуждать?

Разве что сроки. И я уже готова была обводить числа в календаре.

Только бы поскорее этот адский цирк завершился.

После завтрака мы холодно распрощались, и я вернулась в свой коттедж забрать кое-какие вещи, которые понадобятся мне в учёбе.

— Что, не выдержала вчера? — Уля деловито сновала от кухонного стола к печке, готовя себе нехитрый обед. — Но ты не переживай. Я тут за всем присмотрю. И за рыбками. И за цветами. Ну и Громов-то наведываться тебе сюда не запрещал, я надеюсь?

Перебирая папки с бумагами, я мотнула головой, с досадой осознавая, что тут он повода для ненависти мне не предоставил.

— Нет, но… всё равно не хочется тебя одну оставлять.

— Ну, пришли мне из дома парочку слуг, — хихикнула Уля, взмахнув кухонной лопаточкой. — Я буду не против.

— Посмотрю, что можно сделать, — усмехнулась я.

Сестра вздохнула:

— А вообще… печально, конечно, что после стольких лет вы до сих пор как кошка с собакой.

— Да ничего тут печального нет, — нахмурилась я.

— Ну не знаю, — Уля вернулась к сковородке. — Вы вчера так здорово вместе смотрелись… И Громов, конечно… эх, мечта, а не мужчина…

Я так и застыла с папкой в руках, позабыв, что вообще делала:

— Уля…

— Что? — хмыкнула она, и по тону было совершенно понятно, что сестра совсем не раскаивалась. — Ну скажи ещё, что я не права.

— Да ничего я… ничего я говорить не собираюсь.

— И правильно, — сестра потянулась к полочке со специями. — Потому что и нечего будет сказать. Уж во всяком случае не той, кто в него ещё в школе по уши втрескался.

Глава 8

— Постарайся в моё отсутствие ничего здесь не натворить, — он поправил запонку и сунул телефон в карман брюк.