Развод. Моя (не) желанная (СИ)

Ближе к утру я до того измучилась, что всё же провалилась в беспокойную чёрную муть, которую и сном-то было сложно назвать.

Должно быть, поэтому и очнулась, почувствовав, как моего оголённого плеча коснулось прохладное одеяло.

От неожиданности распахнула глаза."

"Из-за штор пробивался серый утренний свет.

Надо мной стоял Громов — одетый в свой строгий деловой костюм и, видимо, уже собиравшийся на выход из спальни.

Первые мгновения я просто хлопала сонными глазами в попытке сообразить, что вообще происходит.

Громов высился надо мной — донельзя хмурый, будто озабоченный какой-то неразрешимой проблемой.

— Что… — я пыталась что-то сказать. Голова была будто свинцовая.

Но до меня всё-таки наконец дошло, что во сне я, видимо, скинула с себя одеяло, а Громов почему-то решил укрыть меня, спасая мои порядком озябшие плечи.

— Спи, — буркнул он, выпрямившись и поправив манжету своей белоснежной рубашки. — Рано ещё.

Я хотела уже по привычке ответить ему какой-нибудь колкостью, но не решилась. Поправленное одеяло вносило сумятицу в мои и без того туманные после почти бессонной ночи мысли.

Решилась я лишь на вопрос:

— Сегодня у тебя тоже грандиозные планы на работу и отдых?

Конечно, он понял, в чём заключался вопрос. Его челюсть мигом отяжелела.

— Да. Много дел. По перезапуску производства. Встречаюсь с подрядчиком. К ужину ждать не нужно, — он метнул на меня злой взгляд. — Поужинаю в городе.

В городе.

Всё понятно.

Но если я думала, что наш утренний разговор будет моей самой большой головной болью, то грядущий день мне доказал, как сильно я ошибалась.

Глава 32

— Очень надеюсь, Алина Сергеевна, что не я стал причиной вашей утренней грусти.

Я прожевала свою венскую вафлю и покачала головой, не находя в себе сил притворяться, даже если от этого сейчас зависела наша с Громовым легенда.

Потому что… чтоб этому Громову пусто было!

— Нет, Алексей Вячеславович, вы тут совершенно ни при чём, — я долила себе крепкого кофе и снова уставилась в окно, на хмурившееся осеннее небо. — Просто настроение сегодня не очень.

— Надо же, как у вас с супругом всё синхронно, — Лисицын застучал чайной ложечкой по стенкам кружки, размешивая сахар. — Даже настроение.

Я покосилась на Лисицына в надежде, что не придётся вытягивать из него объяснение.

Не пришлось, слава богу.

— Уехал из дома ни свет, ни заря. Просто поражаюсь работоспособности Ярослава Дмитриевича.

— А я — вашей.

Наши взгляды неминуемо встретились, и в глазах Лисицына мелькнула хорошо скрываемая ирония. Будто он оценил мою «шпильку».

— Я, знаете ли, сплю очень мало. Мне и четырёх часов в сутки хватает. Вот такая особенность.

Ну теперь понятно, почему от «Фонда» отрядили именно его. Машина какая-то, а не человек.