Развод. Моя (не) желанная (СИ)

По договору у неё нет права сдавать эту землю в аренду или под чьи-либо нужды. Но если речь, к примеру, о муже…

Игорь кивнул, давая знать, что понял.

— И что-нибудь подсуетить, как-то обойти это правило не получится. Фонд, о котором я тебе рассказывал, зорко следит за условиями соблюдения договора. Это его прямая обязанность.

— Надо же, какие суровые хранители, — присвистнул Егоров.

— Ну, это в их интересах. Фонд существует, пока существует заведённый порядок. Спасибо нашим удивительным предкам, решившим всё это замутить.

— А ты через юристов своих пытался как-нибудь…

Ярослав поднял на него взгляд:

— Егоров, серьёзно? Думаешь, это было не первой моей осознанной мыслью?

Друг покачал головой:

— Ладно, что уж теперь. Главное, пусть и в обход, но нам удалось получить доступ к стратегически важному участку. Надеюсь, ваш будущий развод никак на проекте не скажется…

Ярослав качнул головой:

— Нет, тут Макаров с партнёрами как раз и отыскали лазейку. Условия договора на случай расторжения брака прописаны очень туманно. Фонд пободается и отступит — им нечем будет крыть наши карты. Разведусь безо всяких проблем, и коммуникации наши не тронут.

Митина тоже пообещала, что предъявлять претензий не станет. Ей, как и ему, важнее всего было скорее со всем этим покончить и получить желаемое — развод.

Хоть что-то у них было общим.

А вообще ему несложно было представить, как Заноза крадётся со своим садовым инвентарём под покровом ночи к пролегающему по её драгоценному участку кабелю и примеривается, как бы его перекусить. Такая и зубами перекусит, не поморщится.

Но мысль эта в равной мере раздосадовала его и повеселила. Повеселила, потому что картина рисовалась забавная. Раздосадовала, потому что в другой жизни они с Митиной вполне могли бы оказаться друзьями детства, невзирая на слишком разный социальный статус и совершенно разную жизнь.

Жаль, наверное.

Но эту неприятность он как-нибудь переживёт.

Впрочем, его уверенность в последнем странным образом пошатнулась, когда он вернулся домой после длинного рабочего дня, состоявшего сплошь из планирования и консультаций.

Почти завершившееся лето, чьи по-осеннему прохладные сумерки навевали непонятную тоску, догорало малиновым закатом на горизонте, и двухэтажный особняк Громовых, утопавший в пока ещё густой парковой зелени, выглядел почти необитаемым.

Ярослав по дороге наверх заглянул на кухню и распорядился об ужине.

— Хорошо, Ярослав Дмитриевич, скоро всё будет, — отвечавшая за домашний штат Ольга Валерьевна, опекавшая его после смерти родителей будто собственного сына, улыбнулась. — Наконец-то и Алина Сергеевна сядет за стол. Целый день ведь не ела.

Последняя фраза остановила его на пороге.