Развод. Точка. Нет
В юности Лера решила: они с Максом — параллельные прямые, а параллельные прямые, как известно, не пересекаются. Однако спустя годы, когда она вышла замуж за Кирилла — заклятого врага Макса, они пересеклись прямо у выезда со стоянки. Вскоре выяснилось, что у обоих не складывается личная жизнь. “Может, нам объединиться, — предложил Макс, — и наконец стать счастливыми? Как говорится, вы привлекательны, я чертовски привлекателен. Чего зря терять время?” Но тогда Лере придётся оставить Кирилла, брак с которым и так трещит по швам. Однако сложно окончательно поставить точку и подать на развод. Тем более против родственники и маленький Стёпка.
Решили, что поженимся года через два — три, за это время Макс точно заработает на нашу мечту. Всё бы так, наверное, и было, если бы не Кир.
Я уже училась в одиннадцатом классе, когда в начале второго полугодия у нас появилась новая ученица.
— Алиса Краснокутская, — улыбнувшись, представилась она.
Это нонсенс, новая ученица в одиннадцатом классе. Учителя говорили, что случай исключительный, ибо на переправе коней, то есть школу в последний учебный год, менять не принято. Мила тут же прокомментировала:
— Это откуда к нам такую красивую тётеньку занесло?
Голубоглазая Алиса, высокая и стройная, с точёной фигурой, действительно, внешне была очень миленькой, даже чересчур. А с длинной и густой светло-русой косой как нельзя кстати вписывалась в образ тургеневской девушки, изумляла и волновала, ибо Краснокутская одна из всей школы носила такую причёску — по нашим временам явление редкое.
— Мы приехали с острова Сахалин. Отец там служил, а теперь его часть перебросили в Энск.
Я очень быстро сошлась с Алиской ещё и потому, что мы жили в одном доме.
Краснокутская была классной девчонкой: всегда выручала на уроках, не жадничала, давала списать, ибо с физикой и химией я не дружила совсем, а она отлично успевала по всем предметам и претендовала на медальку.
Однако перед экзаменами не на шутку разболелась и, наверное, потому на профильной математике срезалась, едва дотянув до необходимого балла для поступления в вуз, и золотую медаль потеряла.
Помню, она ужасно расстроилась, ибо отец заявил: «Пойдёшь на выпускной в своём обычном летнем платье, никакого праздничного, будет тебе наука».
— Твой отец — деспот? — напрямую спросила я. Судя по отдельным высказываниям подруги так и было.
— Не моё дело судить папу, — ответила уклончиво Алиса. — Он — военный, офицер, любит порядок и дисциплину. А я действительно виновата: надо было, как он и настаивал, сидеть дома и пить таблетки, а экзамен сдавать в резервный день, но я переоценила свои силы.
Партнёр по вальсу, с которым мы должны были танцевать в самом конце выпускного — это была фишка всего мероприятия — тоже переоценил свои возможности, отмечая очередной экзамен в ночном клубе и, немного не дойдя до дома, сломал ногу и теперь прыгал по квартире в гипсе.
Пришлось что-то быстро придумывать.
— Есть вариант, не волнуйся, будет тебе напарник, — заверила Алиса, — а то учила-учила с нами танец почти полгода, а сама осталась без пары. — Я и не волновалась, понимая, что решу эту проблему. Мне несложно было попросить любого пацана из танцевальной студии, которую посещала с шести лет: собиралась поступать в университет культуры. Но раз у подруги есть вариант, послушаем её.

















