Развод. Точка. Нет
В юности Лера решила: они с Максом — параллельные прямые, а параллельные прямые, как известно, не пересекаются. Однако спустя годы, когда она вышла замуж за Кирилла — заклятого врага Макса, они пересеклись прямо у выезда со стоянки. Вскоре выяснилось, что у обоих не складывается личная жизнь. “Может, нам объединиться, — предложил Макс, — и наконец стать счастливыми? Как говорится, вы привлекательны, я чертовски привлекателен. Чего зря терять время?” Но тогда Лере придётся оставить Кирилла, брак с которым и так трещит по швам. Однако сложно окончательно поставить точку и подать на развод. Тем более против родственники и маленький Стёпка.
Рассказав о себе и мальчике, предложил отдать на время собаку, ибо малыш по ней очень скучает.
Однако пса у Вари не было: она подарила его родственнице, живущей в частном секторе. Поехали к родственнице.
Но отдавать Шарика тётенька категорически отказалась, пока Кир не предложил ей денег. А потом с собакой поехал к знакомому ветеринару, чтобы проверить здоровье пса, в соседнем зоомагазине набрал разных собачьих радостей: корма, игрушек, шампуней. Этот коврик тоже оттуда.
— Так что, пёс теперь наш на сто процентов, — подвёл итог своему предновогоднему турне Кир и улыбнулся: — Сейчас поедим и будем лечить чудовище. Лохнесское. А потом купать.
Пока он и дети занимались псом, я вставила по совету мужа в горшок веточку ёлки, оказывается, Кир ещё купил ёлку, которую оставил у соседей напротив. Это она завтра утром должна неожиданно, пока дети будут спать, появиться в гостиной.
Перед сном муж с малышами вышел на улицу, чтобы выгулять пса. Звонкие детские голоса разлетались на всю округу. Домой ребята вернулись по уши в снегу, набесились, наигрались и довольные улеглись спать.
В общем, всё было хорошо, весело и нарядно, только я за день очень устала и чувствовала себя разбитой калошей. Когда все угомонились, тихо поинтересовалась у Кира:
— Как прошла встреча с Огурцовой?
Муж усмехнулся:
— Спи, всё нормально, я ей всё объяснил ещё раз.
— А она?
— А что она? Она… — муж окунулся в раздумья, — сказала, что после праздников напишет рапорт и переведётся из СК в МВД.
— Тебе жаль?
— Нет, для меня главное — спокойствие семьи, твоё спокойствие.
— Честно?
— Честно-честно, — засмеялся он и повернулся ко мне: — Знаешь, я не ожидал, что буду рад всем этим хлопотам, связанным с детьми и собакой.
— То-оже так подумала, — зевнув, согласилась я. — Никогда раньше не предполагала, что ты хорошо и правильно сможешь общаться с детьми, такой хрестоматийный батя — строгий и одновременно… добрый. Да…
Фразу я не продолжила, ответ не услышала, ибо тут же провалилась в спокойный сон, не подозревая, что пройдёт всего-то два счастливых дня, как на мою бедную голову свалятся те ещё испытания."
"Но пока ничего не предвещало беды: наше предновогоднее утро было прекрасным, по-зимнему уютным и тихим: за окном нестерпимо для глаз поблёскивали сугробы, сыпался с деревьев сияющий на солнце лёгкий морозный иней.
Кир встал пораньше, выгулял пса, съездил в магазин за подарками, забрал у соседей невысокую пушистую ёлочку и установил её в углу возле окна — всё это проделал быстро и с энтузиазмом.
Дети ахнули, когда, проснувшись, увидели чудо: за полтора суток из шишки «выросла» небольшая ёлочка.

















