Развод. Цена твоей любви (СИ)

Наверное, поэтому меня не покидает ощущение, что мы подруги по несчастью. Но возможно, это все мое воображение, ведь мне все еще настолько больно, что лишний вдох удается сделать с огромным трудом.

— Пошли на кухню, я чай сделаю, и ты все расскажешь, — улыбаюсь уголками губ, подходя к Алене.

Она еще как-то время смотрит на свою дочь, после чего поднимает взгляд на меня. Кивает. Видимо, слова ей удается выдавить из себя с таким же трудом, как и мне.

Поэтому мы ничего говоря, мы обе выходи в коридор, и я плотно закрываю за собой дверь. Отпустив няню, мы устраиваемся на кухне, которая сделана полностью из дерева.

Огромное, почти во всю стену, двойное окно хорошо освещает небольшое пространство. Пока я подхожу к кухонному уголку, набираю в чайник побольше воды и ставлю ее кипятиться, Алена садится за стол, находящийся за моей спиной.

Какое-то время через стеклянную перегородку чайника за пузыриками, которые начинают появляться в воде. Собираю остатки сил в одну кучу, чтобы не только самой не свалиться в безнадежность, но и поддержать другого человека. Мне даже приходится закрыть глаза и вцепиться в деревянную столешницу, постоять в как-то время в тишине, разрываемой, прежде чем я разворачиваюсь к Алене.

"

"Девушка, явно, тоже находится в своих мыслях. Сидит, подтянув к себе одну ногу и обняв ее. Смотрит в окно и, складывается впечатление, что даже не дышит. Мне приходится напрячься, чтобы рассмотреть, как медленно поднимаются ее плечи. Не вижу ее лица, но уверена, оно напоминает бесчувственную маску, которая прекрасно отражает то, что творится внутри у девушки.

Я недолго наблюдаю за Аленой, но, такое чувство, что смотрю на свое отражение.

Становится жутко, но не настолько, чтобы оставить девушку в беде. Поэтому я просто впиваюсь ногтями в ладони и подхожу к ней. Занимаю место напротив, а Алена поворачивает ко мне голову.

Да, этот пустой взгляд мне знаком — у самой такой же.

— Что случилось? — выдавливаю слова, откидываясь на спинку стула и зажимаю руки между бедер.

Мне сейчас, как никогда, нужны силы.

Глаза Алены тут же увлажняются, ее щеки краснеют, а нижняя губа начинает подрагивать.

Девушка судорожно вздыхает, одним движением стирает со щеки все-таки “убежавшую” слезу.

Быстро проходится языком по пересохшим губам, прежде чем едва слышно произнести:

— Кажется, Герман мне изменяет.

Щелчок чайника, оповещающий о закипевшей воде, больше напоминает звук выстрела. Пуля попадает прямо в душу.

Глава 28

Шум в ушах настолько сильный, что мне сложно сконцентрироваться на своих же мыслях. Желудок скручивается в тугой угол, когда осознание постепенно начинает накрывать меня.

Два друга…

Два компаньона…

Два предателя…

Прикрываю глаза.

Боль пронзает сердце.