Ребёнок от сводного брата
— Что это у тебя?— Неважно, - отвечаю и быстро сминаю ДНК-тест, который получила пару минут назад. Прячу огромный комок в карман. - Мне пора!— Стоять, - хватает меня за руку, дёргает на себя. Вытаскивает лист, разворачивая его. - Что это? Тест ДНК? Ты что, нашла отца своего ребенка?— Да! Но это тебя не касается! - рычу. - Отпусти и иди к девушке! Она тебя уже заждалась у машины! Ни за что в жизни не скажу ему, что отец моего ребенка - он! Мой ненавистный... сводный братец.
Ну, я им двоим устроила вырванные годы. Высказала всё, что думаю. Кричала, ругалась, материлась. Уже номер киллера рукой правой набирала.
И даже братец вступился за Катю, за что спасибо ему. Против дяди и «тётушки» пошёл ради своей любимой Кати!
Бесит!
Ради меня никогда бы такого не сделал. А ради неё, пожалуйста!
В общем, итог этого вечера стал тем, что я открыла глаза Карима на его жену, ради которой он мне отказал. Договорилась с отцом насчёт оплаты обучения Кати. Узнала о личности отчима и Карима.
Пожалуй, неплохой результат.
А дальше дни стали бежать как сумасшедшие. Мы с Катей собирали документы для перевода во Французский университет, успокаивали Мириам, которая плакала при каждом упоминании о нашем переезде.
Параллельно я слушала рассказы Кати о том, какая ситуация у неё дома. Какое-то время Ольга провела в больнице, и Котёнок с дедушкой жили рядом с Каримом, а потом Катя собрала вещи. Вместе с дедушкой они переехали в новую квартиру. И если верить моим догадкам, то с этим ей помог мой обожаемый братец.
Куда уж без него."
"– Помощь нужна? – подпрыгиваю от раздавшегося над головой голоса. – Ты чего? – рассмеявшись, спрашивает Рустам и без спроса забирает из моих рук коробки.
– Напугал, – бурчу на него, но иду следом за ним к его машине.
– Ты с этим куда? – указывает на коробки.
– Маленькие вещи, – спокойно отвечаю. – Хочу отвезти их в приют.
– Который неподалёку от нас? – уточняет братец.
– Ага!
– Тогда садись, подвезу, – и, не дожидаясь моего ответа, прячет их в багажник своей машины.
– Я на такси, – настаиваю и хочу достать коробки, но Рустам слишком упрям, чтобы сдаться мне.
– Никакого такси! – захлопывает багажник.
– Кстати, почему ты перестала ездить на своей машине? Каблуки носить? Топики и платья? Теперь вечно в этих комбинезонах джинсовых и футболках огромных, будто у меня стащила.
Смущённо отвожу взгляд, потому что его фраза «будто у меня стащила», имеет для меня значение. Потому что около недели я таки ходила в его футболках, которые стащила после стирки.
Они просто так пахли вкусно. И меня не тошнило от этого запаха, в отличие от своей собственной постиранной одежды.
Вроде один порошок и гель, а запахи разные.
Комбинезон стала носить, потому что живот начинает округляться и принимать очертания.
А машина… рассеянной стала очень. Невнимательной.
– Стиль решила поменять, – отвечаю Рустаму. – А машинку – просто новую хочу! Старая надоела! Жду, когда папа увидит и мне новую подарит.
– А, ну да! Избалованная принцесса манипулирует отцом, – понимающе кивает. – С такими фокусами в тебя никогда нормальный мужик не влюбится. Будет тебя воспринимать как…
– Да ладно! – театрально восклицаю и сажусь в его машину. Всё же Рустаму я больше доверяю, чем водителям такси.

















