Рейд ценою в жизнь

Глеб побежал наперерез – он в эту секунду оказался к немцу ближе других. Слетела фуражка солдат обернулся – он уже чувствовал, что приближается конец, помертвело перекошенное лицо, очки повисли на одном ухе, он уже сообразил, что далеко не убежит, резко обернулся, вскинул карабин. Шубин подлетел, ударил по стволу и все таки толстяк успел нажать на спусковой крючок, вот же досада – прогремел одиночный выстрел, пуля ушла в небо, стальной кулак сокрушил челюсть, слетели очки, следом полетел на землю их хозяин. Шубин в бешенстве схватил упавший карабин, стал бить немца прикладом по черепу, пока там что-то не хрустнуло и сквозь раскроенную кость не хлынула кровь. Отпрыгнул, бегло смотрелся: «Немец молодец – нельзя о покойниках плохо, а ты, лейтенант, растяпа – не предотвратил выстрел».

Далеко за кустами тревожно загалдели немцы, разведчики ошеломленно хлопали глазами. Только Глинский успел соскочить на землю, Герасимов закрыл капот и вопросительно уставился на командира – добро пожаловать на борт!

Эх, не успевали они прокатиться с ветерком – немцы приближались.

То, что дальше сделал Глеб заставило разведчиков оторопеть – он передернул затвор немецкого карабина, выстрелил в воздух потом ещё раз, зашипел обращаясь к товарищам:

– Стреляйте в воздух, быстро в воздух, каждые несколько очередей и лезьте обратно в кузов. Будьте готовы ко всему. Давайте, не спрашивайте ни о чем. Герасимов, падай – ты убит!

Суматошная пальба порвала воздух – она продолжалась несколько секунд и вдруг прекратилась. Разведчики легли в кузов, приготовили гранаты. Герасимов свернулся под капотом, предусмотрительно сунув под себя автомат.

Немцы высыпали на поляну секунд через пятнадцать – их было много, они бежали с карабинами наперевес. Офицеров, слава богу, не оказалось, только мелких командный состав.

Взору вояк предстала занятная картина: грузовик с распахнутыми дверцами, под капотом тело, на поляне ещё несколько трупов в серых мундирах, нож из груди блондина предусмотрительно вынули. Попытался приподняться гауптштурмфюрер СС в порванном мундире, лицо его было искажено, слева на груди темнело пятно – офицер задыхался, судорожно вздрагивал.

– Они ушли туда, – голос его срывался, дрожащая рука указывала на восток. – Это русские диверсанты, их человек семь или восемь, одеты в защитные комбинезоны – они напали внезапно, ударили нам в спину. Догоните их!.. Все за ними!.. Это те диверсанты, которых мы ищем. Скорее!.. Мы можем их упустить."

"– Все за мной!.. – крикнул унтер. – Рассыпаться цепью!.. Догнать!.. Вагнер, передайте по рации, чтобы перекрыли дорогу. Штанге, помогите раненому офицеру. – Ей богу, последнее было лишним – раненый офицер и сам бы справился.

Немцы вломились в кустарник.